Няня из Чайноботтам

Дым растворил это кошмарное существо?

Но нет, туча вдруг начала редеть, в ней снова проявился силуэт пришельца из Ворбурга. Тем не менее движения монстра стали какими-то странными, ломаными. Дым как-то на него повлиял, вызвал судороги…

И все же тварь приходила в себя. Щупальца снова потянулись к лежащему на земле и выворачивающемуся наизнанку от кашля Гоббину.

Доктор подобрал скальпель и шагнул к старшему сержанту, даже не представляя, что будет делать, когда доберется до твари, – наивно было полагать, что скальпель ему поможет…

Со стороны выхода из переулка неожиданно раздался крик:

– Сдохни, мерзкая тварь!

Доктор Доу повернул голову и обомлел, не в силах поверить своим глазам.

Шагах в двадцати от того места, где монстр из коляски пытался схватить Гоббина, стоял…

Шнырр Шнорринг! Живой и с виду невредимый!

Но как?! Как это возможно?! Как он смог спастись из пожара?! Как ему удалось выбраться из горящего дома?!

В руке Шнырр Шнорринг держал бутылку, из горлышка которой торчала тряпка. По тряпке полз огонек.

Размахнувшись, бродяга швырнул бутылку в коляску. Бросок пришелся точно в цель. Ударившись о бортик коляски, бутылка разбилась.

Все произошло так быстро, что никто из тех, кто был в переулке, не успел отреагировать. Огонь охватил коляску всего за мгновение, как будто она была сделана из бумаги, одно за другим загорелись и щупальца монстра.

– Уаяа-а-ая-а! – пронзительно завизжала тварь, и доктор зажал уши руками.

– Не-е-ет! – закричала Няня, бросившись к коляске.

– Лилли, стой!

Гоббин вскочил на ноги и ринулся к ней наперерез.

Оглушающий грохот прошел по мешку переулка. В ночной темноте расцвел багровый огненный цветок.

Доктора отшвырнуло в стену. Справа в кирпичную кладку врезалось погнутое колесо.

Эхо разошлось по ночному Тремпл-Толл, и город пожрал его.

Доктор Доу поднял голову – та отдалась звоном. Перед глазами все плыло. На месте взрыва горел костер. Гоббин и Няня лежали в объятиях в нескольких ярдах от него и не шевелились.

Доктор обернулся. Шнорринг? Бродяга исчез, словно он и вовсе примерещился. Что с Гоббином? Мертв?

Натаниэль Доу нащупал ручки саквояжа и разогнулся. На первом же шаге он покачнулся и рухнул на колено. Дрожащей рукой упершись в землю, поднялся. Второй шаг дался легче, хотя переулок перед глазами все еще качался, трубы ходили ходуном, а дома заваливались.

Подойдя к распростертым телам, он склонился над Гоббином, проверил его пульс.