Жених из гроба (СИ)

"Майя Сотис

Жених из гроба

Глава 1

Язык мой — враг мой

'В отличие от обычных людей,

маги имеют куда больший запас прочности.

Чтобы удостовериться, что маг умер,

ему нужно отрубить голову'.

Клементий Астаросский.

«Трактат о изучении богопротивных магических существ от феи до человека».

Кто думает, что ночью на кладбище тихо, тот никогда не крался между могил с лопатой наперевес. Лопата сегодня у меня в руках была не моя любимая, идеально подходящая к руке и по росту, а обычная. Тяжелая, зараза, с чуть проржавелым лезвием, да еще и черенком мне почти по грудь.

Да, я обираю периодически покойников, но беру только то, что им мешает. Объяснить живым, что мертвым мешают золотые украшения, драгоценные камни и амулеты, нереально. Некоторые еще и монеты на глаза кладут, а покойники потом жалуются, что им ничего не видно.

Конечно, единственный мне знакомый серьезный и взрослый некромант, Юлий Звояр, бесится и утверждает, что я никак не могу слышать покойников, потому что души ушли на перерождение, а не поднятые тела не разговаривают.

Так вот, ночью на кладбище всегда шумно. Даже если мимо тебя не промарширует группа некромантов-двоечников или группа отличников темных магов, которым эманации от могил помогают делать домашку, всё равно на кладбище совсем не тихо.

Поскрипывают кресты и двери склепов, хрипло переговариваются могильные вороны, которые не спят ночью.

Сторож мне не нравится. Не люблю бессмертных стариканов, а этот еще умудряется работать на всех известных мне кладбищах одновременно. То ли какая-то ужасно черная магия, то ли он могущественнее всех и тратит свое время на то, чтоб следить за порядком среди мертвецов.

Но главная проблема в том, что из-за этого сторожу я уже примелькалась даже притом, что мы оба старались не привлекать внимание второго.

Одним словом, идти надо было очень осторожно, что в громоздких туфлях на каблуках, которые мне еще и велики, не слишком просто.

Ну и все эти звуки в моем случае дополнялись шепотками из могил. Женщины и мужчины, старые и молодые, они просили, умоляли облегчить их нахождение на кладбище.