Академия чаросвет. Отражение

"

"Глаза привыкли к Сумеркам быстро, как будто он отсюда и не уезжал. Все как в его деревне: узкие улочки, чахлые деревца, огороды на крышах. Разве что дома на сваях — как будто забрались на ходули.

Ему это не понравилось. Все равно что попытка украсть то, что тебе не принадлежит. Если родился во мраке, так будь добр, там и живи. Каждый должен знать свое место — и в этом заключалась суть его работы: рассаживать сверчков по шесткам. И сворачивать головы тем, кто нарушал порядок.

К нему подошла кошка, нырнула под руку, подставив колючую спину, и коротко рыкнула, уставившись вдаль.

На другом берегу реки, покоясь на подушке тумана, спали останки Левых Порожков. Чары решили стереть их с лица земли, и исполнителем был его старший брат. Серый не любил такие задания: слишком грубо и примитивно. Разумеется, если бы приказ отдали ему, он бы сделал все в лучшем виде. Брат тоже справился. А потом потерял жизнь на другом берегу. Быть может, на этом самом месте — в грязи, схваченной льдом.

— Найди лодку, — приказал он серому брату.

— По воде будет быстрей.

Дороги здесь кончались: и те, что на земле, и те, что в небе. Луч света упирался в зеркала на башне и накрывал город куполом, а дальше была Ночь. Его брат выбрал хорошее место, чтобы умереть — на самой границе света и тьмы. Серый готов был поспорить — его черная душа канула в мрак.

К нему подвели здоровенного мужика, толкнули, заставив упасть на колени, и лысая голова, перечеркнутая тремя багровыми полосами, склонилась.

Серый едва сдержался, чтобы не почесать свои старые шрамы, зазудевшие на предплечье.

Там навеки остались две буквы: И, Т. Инициалы старшего брата, который когда-то вырезал их на теле младшего ради потехи. Забавно, что потом им пришлось отказаться и от семьи, и от фамилии. Серый забыл даже имя, взяв себе новое — Ит.

— Кто был в лодке? — спросил он.

Лысый глянул на него исподлобья, но тут же опустил глаза.

Ит не любил досужую болтовню, да и разговоры в целом. Толку переливать из пустого в порожнее? А вот чарослова уважал.

Они несли в себе саму суть явлений, и сейчас этот лысый дурак расскажет всю правду.

— Сур Верум, — произнес Серый, а затем повторил вопрос: — Кто был в лодке?

— Труп, — с усилием сказал лысый. — Тело.

— Чье?

— Мы хоронили Томаса.

— И все, больше не было никого? — другой серый отработанным жестом попытался схватить мужика за волосы и запрокинуть голову, но его пальцы лишь скользнули по лысине, как будто он решил его погладить.

— Никого, — буркнул тот.