Заградотряд времени

Мы набрали даже сверх боекомплекта, приторочив два ящика бронебойных снарядов на корме. Даже если в них пуля попадет или осколок, они не взорвутся. Чему там рваться? Снаряд — болванка из стали.

На небе высыпали крупные яркие звезды. Где-то высоко-высоко послышался гул множества невидимых самолетов.

— Немцы, Москву небось полетели бомбить, — вздохнул Алексей.

Незаметно завязался разговор.

У Алексея в Костроме была семья — жена и двое детей. Петр тоже успел обзавестись женой и имел сына — Михаила. Когда я это услышал, меня словно обухом по голове ударило.

— Ну а жену-то как звать?

— Имечко самое простое — Лукерья, проще — Луша.

Все, все сомнения отпали — так звали мою бабушку.

Какое-то время я был настолько оглушен, что перестал слышать разговор. Выходит, Петр — это мой дед, который не вернулся с войны и могилу которого я разыскивал на Смоленщине? А я его в бою ногами в плечи толкаю, приказы отдаю?! Голова кругом идет, никак не укладывается в ней, что рядом со мной, здесь и сейчас, сидит мой дед — живой, из плоти и крови, и его даже пощупать можно!

Осипшим от волнения голосом я спросил:

— Петр, а тебе сколько лет?

— Двадцать восемь — я с тринадцатого года.

— А мне двадцать девять, — выдавил я из себя.

Выходит, дед даже моложе меня.

— Староваты вы оба, — хохотнул Алексей. — А мне только двадцать пять.

— Зато у тебя двое детей, — огрызнулся я.

— Так это же хорошо. Случится — убьют на войне, сыновья род продолжат.

— А ты — семейный, командир?

— Нет, ни женой, ни детьми не обзавелся.

Надо признаться, в этот момент я и в самом деле пожалел, что не успел жениться и завести ребенка.

— Вот что, — поднялся Петр, — спать пора, неизвестно еще, как завтра день повернется.

Петр забрался спать под танк, на брезентовый чехол, Алексей — на брошенную на землю ватную телогрейку, я же улегся в окопе. Вещами я здесь еще не обзавелся, и стелить мне было нечего.

Вскоре экипаж уже храпел, я же не мог уснуть. Смотрел в звездное небо и размышлял. Каким-то чудом занесло меня на шестьдесят лет назад, встретился с дедом, которого никогда раньше не видел, а поговорить с ним не могу. Многое рассказать ему хочется, о многом расспросить, да как сказать деду, что я — из будущего, что я — его потомок, его внук? Сочтет, что меня контузило или с ума сошел, да еще не дай бог политруку доложит.