Трудное счастье

Но Дебора уже нажала на акселератор, и машина выехала на дорогу.

Мы пересекли Теймар, и мне показалось, что чем дальше мы удалялись от Пендоррик-холла, тем все в лучшее расположение духа приходила Дебора. Несомненно, события последних нескольких дней сильно расстроили ее. Мы говорили о Морвенне и о том, с каким облегчением узнали, что та поправится.

— Когда она выйдет из больницы, — сказала Дебора, — я обязательно привезу ее на свои болота. Уверена, что это пойдет ей на пользу.

Проехали Тэвисток. Простирающаяся вокруг местность очень напоминала болота Корнуолла, но, по словам Деборы, некоторое различие между ними все же было.

Наконец мы подъехали к дому Деборы.

Недалеко от ворот располагался небольшой коттедж. Здесь, объяснила мне Дебора, живут супруги Хэнсон с сыном. Все трое работают у нее и следят за тем, чтобы в доме было все в порядке.

Достав из кармана ключ, она открыла входную дверь, обрамленную густыми зарослями клематиса. Должно быть, летом это великолепное растение своими нарядными цветами украшало вход в дом.

— Как хорошо дома! — воскликнула Дебора.

Я познакомилась с миссис Хэнсон. Дебора дала ей распоряжения по дому — в своей мягкой, но в то же время уверенной и твердой манере.

— Голубую комнату? — удивленно уточнила миссис Хэнсон.

— Да, пожалуйста, именно, голубую. Кэрри, положи две грелки в постель миссис Пендоррик. И нам бы хотелось поесть, миссис Хэнсон. Мы проделали большой путь.

Она заставила меня сесть.

— Я хочу, чтобы ты немного отдохнула и понежилась.

Я расположилась в кресле у большого окна, откуда открывался приятный вид на аккуратную лужайку с клумбами.

— Хэнсон — прекрасный садовник, но здесь непросто вырастить что-либо. Почва довольно каменистая, зимой бывают морозы. В Пендоррик-холле снег — редкость, а здесь его выпадает много. Случалось, нас с Барбариной по целой неделе держали дома, так как кругом все заносило снегом.

Я осмотрелась.