Тагир. Ребенок от второй жены

Я знаю, куда уехал Тагир, и не могу дождаться его возвращения. Кажусь себе хрустальным сосудом, который бросили об пол, и он медленно трещит, грозясь рассыпаться в мелкое крошево.

Рядом постоянно кто-то крутится. Фаина, охранники. Не оставляют меня одну ни на секунду. Выполняют Тагиров приказ, берегут меня как зеницу ока. И мне должно быть приятно, но дискомфорт сильнее. Да и, в конце концов, кто виноват, что мне необходима охрана? Но Наили нет в доме, что же мне угрожает теперь? Или охрана, напротив, следит, чтобы я не сбежала?

Большую часть дня провожу в выделенной мне комнате.

А когда слышу грохот и отборный мужской мат, выхожу в коридор.

— Что там такое? — спрашиваю у них, уже всерьез обеспокоенная.

Один кивает другому, мол, сходи проверь, и охранник уходит.

— Не переживайте, госпожа Ясмина, мы разберемся, — успокаивает меня молодой охранник, даже осмеливается улыбнуться.

Хочу спросить, когда приедет Тагир, но давлю в себе это желание.

Проходит несколько минут, но охранник не возвращается, тишина становится зловещей, а я не могу зайти в комнату, пока не пойму, что в доме всё в порядке.

— Сходи, пожалуйста, посмотри, что там происходит."

"— Не велено, госпожа Ясмина, я получил прямой приказ не отходить от вас ни на шаг.

— Но что со мной случится? — усмехаюсь, оглядывая пустую комнату. — Здесь точно безопасно.

— Ладно. Пойду узнаю, что там. Господин Ахмет разбушевался сегодня.

Выдохнув, провожаю его взглядом, отходя не в комнату, а в дальнюю часть коридора — закуток, куда никто и никогда не заходит. Но здесь есть окно. А я даже себе не хочу признаваться, что очень жду приезда Тагира. Стою и вглядываюсь в заветный поворот, из-за которого должна вывернуть машина Юсупова.

Думаю об обете, который нарушила, и оправдываю себя тем, могу теперь бороться за правду. Неужели сегодня честное имя моего брата будет восстановлено? Тогда родители примут меня обратно? Если приду к ним с благой вестью?

Вопрос, который не дает покоя годами, маячит на краю сознания.

Кто же тогда, если не Аслан, в ту роковую ночь напал на Малику?

И голос, который слышится внезапно позади, звучит как раскат грома, как грозное предзнаменование родом из прошлого.

— Вот ты где, — сиплый голос Ахмета пугает меня до чертиков.

Поворачиваю голову и вижу отца Наили с бутылкой в руках, не в силах понять, как он оказался здесь в обход охраны.