Стоунхендж

Она вся выглядела нежной и чистой, как ангел.

— Томас!

Томас едва успел выбраться из-за стола и подхватить ее. Она вцепилась в него и вскарабкалась выше, как на дерево. С радостным визгом целовала и обцеловывала, отстранялась, чтобы видеть его мужественное лицо, снова прижималась счастливо.

Все в зале цвели улыбками, видя такое неподдельное счастье. Почти все.

— Я так счастлива... Так счастлива! — девушка захлебывалась словами, глаза ее сияли. — Ты успел... ты спешил!.. Я бы и так не пошла за него, но все равно так счастлива, что ты загнал коней, но успел за день до свадьбы.

Томас краем глаза увидел, что Яра смотрит на них с жестоким выражением на лице. Она медленно опустила надкушенный пирог на блюдо. Калика ухмылялся, смотрел на молодого рыцаря, как смотрят на канатоходца, что идет по туго натянутой тонкой веревке между двумя высокими башнями.

Отец улыбался от уха до уха. Глаза были просто подлые и хитрые. Томас кое-как оторвал от себя Крижану, что цеплялась за него, как обезьяна за дерево, бережно опустил на пол.

— Простите, сэр Торвальд!.. Простите, сэр Эдвин!

От ее сияющего лица и глаз светлели лица присутствующих. Она наконец заметила калику и женщину в одежде воина.

— Это твои друзья?

Томас сказал неуклюже:

— Да, леди... милая Крижана. Это вот мудрый отшельник из славянских земель, а это... гм... благородная Яра.

Крижана светло и чисто улыбнулась им обоим.

— Приветствую вас! Спасибо, что прибыли вместе с Томасом. Дороги кишат разбойниками, а втроем безопаснее. Если бы я знала, что по прибытии сразу ты отправишься на турнир, я бы обязательно поехала туда.

Олег кивнул, Яра смотрела хмуро и зло. Она вытащила свой нож, придвинула к себе ближе блюдо с поросенком. Крижана улыбнулась ей, женщина-воин и должна выглядеть злой, повернулась к Томасу:

— Ты счастлив, дорогой?

— Дальше некуда, — пробормотал Томас.

Крижана прижалась к Томасу, не чувствуя стыда, потому что все знали, как она ждет, и что будет, если он успеет вовремя.

Отец приблизил губы к уху Яры, но сказал достаточно громко, чтобы слышали все:

— Не правда ли, счастливая пара? Все ждут, когда они поженятся.