Сердце под прицелом

Это было мощнее всего, что происходило там. В том гребаном аду.

Возникло ощущение, что там он сдерживался.

А сейчас… Выпустил все.

Жаль, этот жгучий поцелуй через балаклаву был единственным, что мы могли себе позволить.

Здесь.

Но дома…

Рядом кто-то прокашлялся.

Я оторвалась от мужа. Чуть сместилась, прижимаясь боком. Глянула в сторону.

И застыла.

Перед нами стоял генерал Дубинский. А около него Лера.

В этот же момент к нам добрались родители Руслана. Обнимали нас вместе, поняв, что сейчас будет трудно разлепить.

– Это твой парень? – спросила девочка, курсируя взглядом по Чернову.

– Муж, – с гордостью выдохнула я.

– Я тоже люблю военных, – уверенно выдала Лера. – Красивых, здоровенных!

Я улыбнулась. Светлана Борисовна весело прыснула. А генерал кривовато усмехнулся, но уже через мгновение вернул лицу офицерскую суровость.

– Курсант Чернова, – обратился официальным тоном. – О том, что ваш супруг – один из лучших бойцов в составе группы – наслышан. Сегодня вы показали, что рядом с ним – не просто жена, а самостоятельная боевая единица.

Вы были не слабее ни по духу, ни по действиям. Сработали не как курсант, а как профессионал. Спасли не только мою внучку, но и десятки гражданских. Переданная вами информация сыграла ключевую роль в момент принятия решения на штурм. Время в таких ситуациях – главный ресурс. Объявляю вам благодарность. С занесением в личное дело. И если в будущем что-либо потребуется – не стесняйтесь, обращайтесь. Людей, которые так работают под огнем, я не забываю.

У меня задрожало в груди.

Но…

Я вытянулась и четко отдала честь.

Дубинский мягко кивнул.

– Людмила – гордость выпуска. Передовой курсант, – вывел свекор, одними лишь интонациями разбавляя напряжение. – Хорошо, мой не растерялся.

По тому, как генерал хохотнул, поняла, что они друг друга знали.

– Молоток, парень, – похлопал Руслана по плечу. – Сила."

"Развернулся, подцепил Леру и медленно побрел в сторону парковки.

– Сын, – шепнула свекровь. – Мы заберем Люду, Севу и сватью к себе.

Все так перенервничали… А дома – надежно, тепло. Ты решай свои дела и приезжай.

Руслан посмотрел на меня. И в этом взгляде было все: и гордость, и тягучая привязка, и переживания.

– Ты не против? – спросил хрипло.

Голос – как наждак. Задевая нервы, своей силой причинял удовольствие.

– Нет, – толкнула я отрывисто.

– Тогда езжайте. Я сдам ствол, снарягу, отобьюсь, и следом.

– Хорошо… Мы будем ждать.

Он потянулся. Обнял. Коротко. Но с чувствами.