После

— Один пойду, — сказал я. — А ты наоборот свали куда-то пока…

— Куда?

— А на Московское шоссе, где завод ЖБИ. Он пустой, встань там где-нибудь на территории. Я пешком дойду. Часов до семи жди.

— Понял.

— Если не приду, то сваливай. Поменяй уазик на «козла» и уезжай, так проще проскочить будет. Уазик там оставь, на всякий случай. Мое барахло все и оружие в кузов кинь.

На следующий день Славян смылся пораньше, а я пошел пешком в сторону Цнинской набережной, благо недалеко совсем. Похрен, что там Хан сказал, мы «печенеги», под ним не ходим и сейчас под него не идем.

На этот раз перед домом охраны не было, а вот машин хватало, съехались на поговорить, похоже. И возле машин братва курила, общалась. Опять на входе забрали пистолет и большой нож, опять не нашли ножа маленького, а заодно и рояльной струны в поясе брюк.

На этот раз собрались в столовой размером с актовый зал, жил Хан на широкую ногу. Собрались давно, позвали меня на самом деле не обедать, со стола прислуга уже убирала, выставляя разве что чай и какие-то сладости.

— Садись, чаю с нами попей, — пригласил за стол Хан после приветствий. — Зураб, это Серый, за кого разговор был. Что один пришел, двоих же приглашали?

— Славяну сгонять в одно место сегодня надо, ждут там. К вечеру только вернется.

— Это к братве твоей, что ли? — спросил Семеныч.

— К ним. У нас график контактов, нарушать нельзя. Вы, уважаемые, решили что-нибудь? — решил я дальше сироту не изображать.

— А то сам начнешь? — усмехнулся Хан.

— Пойду другой заработок искать. К зиме сюда вернусь, зимовать как раз. Можете думать не спеша. Без вас все равно не выкопаю.

— А если тебя мусора где-то завалят, кто выкопает?

— Тогда лежать останется, где сейчас лежит.

— Так нам не в мазняк, — он снова усмехнулся. — Но проверить мы все же должны.

— Как?

— Мы разведку пошлем, — сказал Зураб, если это он, конечно. Но «чайка» у ворот стояла. — С тобой.

— Был вроде бы разговор. — Я посмотрел на всех поочередно.