После

Потом из гостиницы вещи забрали и к обеду уже заселились в дом. Как раз две комнаты в наличии. Но времени на все убили немного.

Теперь надо наш новый адрес дать кому следует. Написал все на бумажке, затем проехали мимо усадьбы Хана, где я малевку передал через охрану, предупредив, что это самому Хану и важно. Ну а дальше обедать пора совсем уж настала, и направились мы в базарную шашлычную. Самое подходящее место, чтобы на глазах быть. И машина пусть лишний раз мелькнет. Если кто и видел нас с «шестьдесят девятым», то забудет понемножку.

В «кабинете» пусто не было, но заседали не бандиты, а двое мужиков общались, сидя напротив друг друга за столом, на купцов похожи. Я заглянул, поприветствовал, на всякий случай запомнил лица, потом мы заняли столик в зале, у дальней стены, поздоровавшись с хозяином, Симой и шашлычником. Примелькались немного, тоже хорошо.

А это кто?

За столиком точно напротив выхода из кабинета та самая женщина со шрамом на лице сидит. Сидит одна, что немного непривычно. Нет, в городе на самом деле беспредела нет, но это в бандитском понимании, а место здесь такое, центровое.

Женщин в бандах здесь почти не бывает. У «печенегов» часто случаются, да, у «зеленых» время от времени, а вот в банды городские, живущие с территории и по понятиям, женщин не берут никогда. Ну, в качестве полноправных.

Я понимаю, что она кем угодно может быть, но все равно… не укладывается она ни в одну из возможных схем. Если она при купцах, то почему с попуткой приехала? Не бывает так. При бандитах? Тогда куда ездила так далеко и почему одна? Женщины теперь еще и в добычу превратились, вот в чем дело.

Упростившаяся жизнь поделила все на стандартные шаблоны, люди живут одинаково, точнее — типы людей живут одинаково внутри себя. И если кто-то в шаблон не укладывается, у меня, как стража порядка, он вызывает интерес.