Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Really? (Правда?) — невольно срываюсь и поднимаю вверх крепко связанные руки.

— Oh, never mind, (Не обращай внимания,) — отмахивается он, будто я намекаю на сущую безделицу. — I hope it doesn’t cause any serious inconvenience. (Надеюсь, не причиняет серьезные неудобства.)

— It doesn’t though I can feel much better without it, (Не причиняет, хотя мне было бы гораздо лучше без этого,) — не решаюсь настаивать, элементарно опасаюсь качать права.

Тем временем нейроны активизируются, выстраиваются причинно-следственные связи, а я не в силах справиться с потоком сознания.

— Morton has put something into my fruits, (Мортон подмешал что-то в мои фрукты,) — развиваю мысль: — This is why I lost consciousness and… (Вот почему я потеряла сознание и…)

Наступает озарение.

— Did you help him? Are you working together? (Вы помогали ему? Вы работаете вместе?)

Валленберг не спешит реагировать, исследует меня цепким, немигающим взглядом и, наконец, произносит:

— What a wild imagination you have! (Ну и буйное же у тебя воображение!) — не скрывает иронии, выдерживает эффектную паузу, а потом заговорщически подмигивает: — My grandson is very lucky.

(Моему внуку очень повезло.)

Краснею, бледнею, зеленею, отчаянно стараюсь слиться с креслом, но тщетно.

— This hotel has an excellent reputation. Do you believe somebody would risk and ruin it by adding anything dangerous into the dish? (У этого отеля отличная репутация. Считаешь, кто-то рискнет и разрушит ее, добавляя что-либо опасное в блюдо?) — фыркает дедушка.

— Not in this country and definitely not in this hotel. Your state has nothing to do with fruits or Morton. (Не в этой стране и определенно не в этом отеле. Ни фрукты, ни Мортон не имеют никакого отношения к твоему состоянию.)

Моментально вспыхивает тревожный сигнал.

— What was that? (Что это было?) — забываю дышать. — What do you mean by “dangerous”? (Что вы имеете в виду под «опасное»?)

— Nothing really dangerous. Ordinary pills. (Ничего по-настоящему опасного.

Обычные таблетки,) — равнодушно пожимает плечами. — I suppose you are not pregnant but even in this case you have nothing to worry about. (Полагаю, ты не беременна, но даже в таком случае не стоит волноваться.)

Хочется верить, на моем лице не отражается подозрительных эмоций.

Хочется, однако не получается

— And how… (И как…)

— Let’s talk about something interesting, (Давай поговорим о чем-то интересном,) — резко меняет тему Валленберг.