Няня из Чайноботтам

И паровозники, и перронщики, и чистильщики обуви, и даже хозяйка привокзального кафе, как и мадам Громбилль из бюро потерянных вещей, искренне считают, что в зале ожидания и на платформах можно встретить разгуливающий сам по себе чемодан. Чемодан этот, мол, появляется вдруг и из ниоткуда, а потом перемещается от скамейкам и к часам, от одного перрона к другому. Все ломают голову, что он задумал, и никому невдомек, что чемоданы, которые всякий раз называют тем самым Чемоданом, – разные. А все началось с того, что однажды один носильщик просто переставил чей-то багаж и забыл о нем, а потом кто-то всего лишь убрал его с прохода, чтобы не мешался под ногами…

Видимо, здесь имело место нечто похожее: Удильщик с какой-то своей целью похищал людей, а те оказывались при этом еще и плохими родителями.

Так простое совпадение стало характерной чертой этого якобы мстительного духа.

Между тем, как Бёрджес ни вглядывался в моряка Финлоу, который сидел в глубине паба в одиночестве и поглощал эль кружку за кружкой, он не видел в нем ничего, что выдало бы какую-то его особенную сердобольность по отношению к детям.

Если этот тип как-то и был связан с детьми, то лишь тем, что прогонял их со своего буксира, когда мелкие безобразники пробирались туда, в попытках стащить рыбешку-другую. Бёрджес своими глазами видел парочку подобных сцен за то время, что следил за моряком.

Между тем и на жуткого Удильщика он не смахивал. Скорее – на побитого штормами и горячительными напитками типа, прозябающего без какой-либо цели и смысла в жизни.

В общем-то, он смахивал на большинство тех, кто проводил вечера в пабе «Старая Дева».

Бёрджес не обманывался: будучи вокзальным констеблем, он знал, что шушерники чаще всего прикидываются обывателями или, как говорил Бэнкс, «прячут липкие пальцы под перчатками». Дождавшись, когда Финлоу «отчалит» в паб, он проник на его буксир и обыскал посудину сверху-донизу. Ни костюма, ни маски, ни фонаря-«люминатора» он там не нашел. Это, конечно, ничего не значило – Финлоу мог спрятать все это где угодно на берегу.

К слову, о его приспособлениях…

…Прежде, чем начать слежку за Финлоу, в восемь часов вечера Бёрджес, как и обещал, отправился к вдове Рэткоу.

Еще только ступив на выщербленные доски настила, он уже почувствовал, что что-то не так, и ускорил шаг. Серый дом, стоящий на самом краю причала и напоминающий комок, свалявшийся из окружающей его пыли, выглядел еще более тоскливо, чем утром.