Няня из Чайноботтам

– Мы с вами идем в театр, мистер Бёрджес, и это не обсуждается, – твердо проговорила Эдит Бишеллоу. – Вы не можете мне отказать, потому что мне не отказывают, верно, Бёрк? Верно, Уорри?

– Верно, мисс Бишеллоу, – грустным хором отозвались оба типа в полосатых шарфах.

– Я заеду к вам в гостиницу за полчаса до полуночи.

Экипаж остановился у гостиницы. Бёрджес вышел и, мисс Бишеллоу сказала на прощание:

– Уверена, вы меня не разочаруете, мистер Бёрджес. Поскольку, да будет вам известно, разочарованная женщина страшнее сотни злобных матросов.

«Трудс» укатил в облаке пара и темно-красного дыма, и Бёрджес с тоской проводил его взглядом.

– Вы ступили на шаткий причал, мистер Бёрджес, – раздался голос хозяйки гостиницы, и Бёрджес обернулся.

У двери стояли мадам Бджиллинг и мистер Пинсли. Старик был снова одет, в руке он держал молоток и гвоздь – кажется, Пинсли собирался повесить сорванную ночью ставню.

Хозяйка гостиницы курила трубку и хмуро глядела на постояльца.

– Вы о чем, мэм?

– Держитесь подальше от Эдит Бишеллоу.

– Адмирал? Я слышал о нем.

– Конечно, слышали. Адмирал заправляет на берегу. Здесь ничего не обходится без его участия. И он терпеть не может тех, на кого обращает свое плотоядное внимание его дочурка. Каждого из ее предыдущих ухажеров сунули в мешок и сбросили в море на съедение крабам.

– Хорошо, что я никакой не ухажер, а значит, мне ничего не грозит, – возразил Бёрджес.

– Крабы, мистер Бёрджес. Крабы, крабы, крабы…

***

Ночью поднялся ветер. Он нес с моря пыль, и ползающие по воздуху клочья пытались пролезть в окно четырнадцатого номера, но ставни были закрыты, и пыль царапала их, шурша и нагоняя мрачные мысли.

Кенгуриан Бёрджес лежал в кровати и размышлял о том, что узнал.

Дело сдвинулось с мертвой точки. Удильщик был найден. Пока что, правда, не он сам, но Бёрджес уже выяснил, кто он такой.

Кто мог подумать, что именно поход в этот дурацкий театр вместе с невыносимой Эдит Бишеллоу поможет расследованию.

Бёрджес вернулся мыслями в театр – вернее в его полупустой, похожий на старый чердак зал. Он буквально не мог найти себе места в ложе для важных персон и все пытался понять, как именно там положено лежать. Но, видимо, два кресла с выщербленным лаком и заплатками на обивке, призванными скрыть дыры от моли, не были для этого предназначены.