Когда шатается трон

— Ты же сам говорил, что нас выпотрошат до донышка и закопают.

— Говорил. И сейчас говорю: так и будет, если мы с пустыми руками придём.

— А с какими надо? С полными? Грибов-ягод насушить?

— Нет, в услужение идти надо. Раньше Берии служили, теперь под Хрущёва ложиться нужно. Если мы ему полезны будем, то он нас не тронет.

— За каким чёртом мы ему сдались?

— А за каким Берии нужны были? Затем и ему! Мы вне закона и вне правил игры. Покойники мы, без должностей и места проживания. Приближенных Берии быстро вычислить можно.

Их всех подчистили, по адресам пройдясь, а нас не ухватили. Безадресные мы. И в том наша сила. А кресло под Хрущёвым тоже шаткое, у него врагов много, а уж заклятых друзей и подавно. Друзья-то в любой момент могут заговор сплести. Думаю, он это понимает. Ну, а если пока нет, то мы объясним.

— Кто именно объяснит?

— Я. Если Хрущ не дурак и к трону примеривается, то поймёт, что тайная сила, которая как козырная карта в рукаве, ему не помешает. Козырь, уже проигрывая, можно в игру вбросить и тем ее переломить.

— Берия не смог.

— Берия заигрался, на поводке нас держал. Я предлагал, да он не послушал. Кем бы теперь Хрущёв был и кем Берия!

— Не пойдёт, — не согласился Абвер. — Как только выйдем — нас повяжут. Даже ловить не потребуется, сами заявимся.

— А мы не все выйдем.

— Как это?

— Я выйду, один. А остальные высовываться не будут. Только если по делу.

— Не понятно, объясни. Как служить, не выходя из тени?

— Очень просто. Мне поручают дело, мы делаем. А как делаем — это наше дело, никого не касается.

Вот вам и тень, из которой мы бить будем.

— Путано.

— Кто может предложить что-то другое? Страна наша большая, да спрятаться в ней мудрено: сколько верёвочке не виться… Уж на что у воров здесь всё схвачено, и то тюрьму не минуют. Против государства не попрёшь, с ним идти надо в ногу.

— От государства за государством спрятаться?

— Точно так. Только не за абстрактным государством, а за царём-батюшкой, за хозяином Кремля, которому верой и правдой… Нужны ему будем — живы останемся.

А нет — опять в леса подадимся. Но не теперь, а потом. Не убегут от нас урманы, туда путь всегда открыт. Только мы, имея в запасе время и свободу передвижения, можем в тайге целую деревню построить, и родственников в той деревне поселить. И запасов на десять лет вперёд натаскать.

— А ты? Если тебя за жабры возьмут…

— Могут. Только я знать не буду, где вы находитесь — ни одного адресочка. А если ничего не знаю, то ничего никому не скажу.