Янтарь рассеивает тьму

В углах горели несколько напольных фонарей, освещая помещение.

Сев за стол, Люциан задумался. Дом лекаря снаружи казался большим, хотя, судя по размерам столовой, жилая площадь здесь маленькая. Вероятно, здание было разделено на две зоны: для семьи и пациентов. Лекари часто так делали, если в населенном пункте не было лазарета.

Люциан обернулся на Мориона, который развалился на стуле с таким видом, будто восседал на троне. Он закинул одну ногу на другую, а указательным пальцем отбивал на столе простенький ритм, напоминавший стук часов.

– Меня давно интересует, откуда у вас эта лента? – Морион задал вопрос так, словно ему было совсем не интересно.

Люциан задумался. Он подвязывал волосы лентой сколько себя помнил и уже даже забыл, откуда она взялась.

– Не знаю, наверно, подарил кто-то. Я был слишком мал и не вспомню, кто мог ее вручить. А что?

Морион выпустил ленту из пальцев.

– Ничего, просто спросил.

Вскоре вернулась Рин. Она разлила чай, поставила тарелку с ароматным печеньем на стол и присела напротив."

"– Какие у заклинателей ко мне вопросы?

– Мы хотим спросить о Виоле Буй, девушке из купеческой семьи. Она была одной из тех, кто скончался за последние полгода, – сказал Люциан, подвинув к себе чашу. – Ее родители сообщили, что вы были подругами.

Рин удивилась, будто не ожидала, что затронут эту тему.

– Д-да, мы дружили, – медленно произнесла она и поспешила сделать глоток чая.

Голос Люциана прозвучал мягко и учтиво:

– Младшая сестра Виолы сказала, что у нее был возлюбленный. Вы можете подсказать, кто он?

– Как эта информация связана с бестией на кладбище? – Рин нахмурилась. Смертные по природе своей были любопытны, но Люциана это не раздражало.

– Нам важна любая информация. Родители Виолы поведали нам о ее жизни, но, к несчастью, о сердечных делах дочери они не осведомлены, поэтому мы пришли к вам.

Рин приняла серьезный вид, как будто обдумывала чужие слова. Пока она витала в своих мыслях, Морион внаглую положил перед Люцианом два печенья и взглядом приказал есть.

Люциан взмахом руки отказался.

– Виола, – медленно начала Рин, – была влюбчивой. Ей нравился то один, то другой. Насколько я знаю, последним был юноша из Бэй, с которым она познакомились за пару недель до смерти. Не думаю, что там успело зародиться что-то серьезное.