Янтарь рассеивает тьму

Виола хоть и уверяла, что это крепкая любовь, но она говорила так обо всех своих избранниках…

Люциан незаметно выдохнул.

«Значит, есть вероятность, что дух не станет просить о встрече с возлюбленным», – пронеслось у него в голове.

– Если бы мы попросили вас назвать заветное желание Виолы, что бы вы ответили?

– Я не могу назвать что-то конкретное. Виола постоянно чего-то хотела. Горела всем, что видела.

– Можете ли вы назвать хотя бы то, что помните? – поинтересовался Люциан и отпил чай.

Покопавшись в глубинах своей памяти, Рин начала перечислять желания подруги, но ничего полезного не сказала.

После того как нужные вопросы были заданы, а ответы получены, заклинатели собрались покинуть дом лекаря. Рин пыталась уговорить их остаться на ужин, раз Люциан так ничего и не съел, но тот отказался, сославшись на незакрытое дело о бестии, от которого не стоит отвлекаться.

На улице они оба перешли на аджа и за пару мгновений покинули деревню.

Эриас протянул Люциану жареный пирожок с картофелем, похожий на лепешку, такой же пирожок Абрам предложил Мориону. Пусть с бессмертным никто в отряде не ладил, но адепты Луны не игнорировали тех, кто с ними в одной лодке.

Морион презрительно покосился на сдобу. Еще секунда, и он бы грубо отмахнулся, но Люциан помешал это сделать – кинул на бессмертного полный мольбы взгляд столь быстро, что его заметил только получатель.

– Это было в первый и последний раз. Заберите, вы ведь так и не поели, – сказал он и отдал сдобу.

Люциан признательно кивнул, не рискнув противиться.

– Итак, как мы в итоге поступим? – спросил Абрам после того, как владыка Луны огласил информацию, полученную от Рин.

– Ну, явно не сжигаем кости, – хмыкнул Сетх.

– Хорошо-о.

– Верховая езда, собака, день рождения, – сухо перечислил Эриас. – Наверняка что-то из этого.

Абрам посмотрел на Люциана и сообщил:

– Мы взяли зелье для усиления барьера души и для защиты сознания.

Первое зелье требовалось, чтобы защитить душу светлого мага от воздействия темной ци буйного духа, осуществлялось это за счет наличия в зелье светлой магической энергии, которая дополняла прочность духовного барьера.