Человек с топором

В любом случае, больше звезд нам не надо в нашей системе, мелькнула решительная мысль. Даже если это случится через миллион лет и люди, как тараканы в новом доме, разбегутся по всей галактике.

Эта бурая крохотная планетка увеличивалась и увеличивалась, а они все летят и летят, а этот бурый диск уже вырос до размеров Луны, а они все еще далеко, едва-едва начал раздвигаться…

Олег крикнул:

– Пора тормозить!..

– Не рано?

– А ты знаешь, до какой скорости мы разогнались?

Мрак сказал торопливо:

– Лучше молчи.

Олег удивился:

– От чего?"

"– От мыслей о высоком, – отрезал Мрак. – Может, я как раз мыслил, как мне тоже научиться задницей есть песок?

Но даже при полном торможении их несло хоть еще не прямо на Юпитер, но даже Мрак видел, что в точку пересечения они прибудут одновременно. Надо бы еще научиться останавливаться мгновенно, мелькнула мысль. Ладно, это Олег придумает. Все, что относится к безопасности, Олег продумывает в первую очередь.

Еще через час огромный шар Юпитера повис так близко, что мороз пробежал по всему телу. Он чувствовал всеми фибрами и всем-всем, что у него есть, как Юпитер приближается с каждой минутой, как увеличивается и что вот-вот он, Мрак, рухнет туда, на жутковатую планету…

Он покосился на Олега. Тот побледнел, стиснул зубы, в вытаращенных глазах жуткий страх. Олег, перехватив взгляд, бледно улыбнулся. Такое же чувство, только еще страшнее, испытал, когда стоял на Меркурии, этом оплавленном куске камня размером с астероид.

Нет, сказал он себе, к такой жути никто не привыкнет. Просто когда жуть не уходит, то она притупляется, а потом и вовсе перестанешь замечать. Как если бы возле спящей кошки грохнуть молотком по листу железа, она подпрыгнет на два метра, заорет, обезумев от ужаса, но если лупить и лупить вот так же громко, то вскоре привыкнет, успокоится и даже будет спокойно спать под такие лязгающие удары.

Олег наконец-то изменил курс, Мрак посмотрел в направлении его взгляда, там кувыркался обломок астероида. Или настоящий астероид. А намного дальше еще один, уже огромный, окутанный дымкой атмосферы. И астероидом назвать не поворачивается язык, настоящая планета, хоть и помельче Земли.