Эва, дочь трактирщика

Некоторые из заядлых посетителей и впрямь посмотрели на него не слишком дружелюбно – но только потому, что не признали в вымокшем крупном мужике того самого Брокка. Но тут внутрь зашли Вайд с Евой, и капитан сразу направился к свободному столу, и Лэндвики за ним.

— Брокк! — удивился один из посетителей. — Ты, что ль? Где пропадал?

И Брокк ответил, подошел к знакомому, разговорился... Ева, глядя, как ее отец расправляет плечи и становится увереннее, выдохнула и произнесла:

— Энхолэш, все налаживается…

— Еще бы, — отозвался Вайд.

— Просто нам повезло, что у нас такой полезный сосед, — улыбнулась Ева.

— Я вам давно не сосед.

— Ну, значит друг.

Тмерри покоробило. Нет, он ей не друг… хотя бы потому, что думает последний час только о том, каков ее поцелуй на вкус.

Глава 20

В той таверне они долго пробыли, хотя гроза отбушевала быстро. Довольная Ева изучала обстановку и поданную еду; Брокк так и болтал с приятелями, и компанию девушке составлял Вайд.

Они поели жареного мяса с лучком, жареных же овощей и попробовали здешних толстых лепешек с намазкой из сала, перекрученного с чесноком. Пили пиво; Еве подали разбавленное, и она стала выглядывать крупную белокурую подавальщицу, чтобы высказать ей претензии.

— Женщинам всегда разбавленное подают, так что не ругайся, — сказал Вайд.

— Что за дискриминация?

— Что за слово?

— Так, жреческое, — отмахнулась Ева: удобно все непонятное спихивать на премудрости храма.

— Из моей кружки выпей.

Девушка не стала изображать скромницу и впрямь позаимствовала у Вайда кружку. Глотнув из нее, она поморщилась:

— В Хосенбруке пиво намного лучше.

— А в Сколле всегда разбавляют. Мое вот тоже разбавили."

"Девушка плечами пожала: пожалуй, да, с этим злом бороться бессмысленно.

«Но у меня в таверне, — размечталась она, — все будет по-честному».

— Кстати, — хрипло проговорил он и кашлянул, прочищая горло, — ты все еще ничего не помнишь из прошлой жизни?

— Нет, никаких проблесков. Но меня это не беспокоит. Новая жизнь нравится мне.