Реквием по любви. Грехи отцов

Почему же так тихо? Почему никто даже не пытается их остановить?"

"Она чувствовала себя вулканом, готовым извергнуться в любую секунду. Благо голос Соколовского, непринужденный и… в некоторой степени спокойный, отвлек ее от тягостных мыслей:

— Здорово, мужики! Хорошо сидим, — выказав уважение присутствующим, Пашка переключил внимание на нее. — Привет, рыжая!

Осторожно, с особой медлительностью Лизавета отняла руки от лица.

Представшая взору картина повергла в шок.

Похомов замер, услышав слова друга. Именно замер, занеся кулак над головой Верещагина, но так и не достигнув цели.

Он не нападал. Очевидно, задумался.

Или, быть может… просто напугать своей жестокостью именно ее не хотел?

Широченная грудь мужа тяжело вздымалась под напором частого дыхания. Точно сражаясь за самоконтроль, Дмитрий плотно стиснул челюсти.

До противного скрежета.

В тот миг Лиза и осознала: цель Соколовского – остановить друга. Своим приветствием Павел дал ему понять: «Она же здесь! Все видит!»

— Как дела, Пашенька? — прилагая титанические усилия, Лиза растянула губы в некоем подобии улыбки.

— Да уж, давненько! — коротко хохотнул тот с привычной беспечностью. — Успел борщам по твоим соскучиться. А дела… бывало и лучше, рыжая. Но жив-здоров, как видишь!

— Таким и оставайся, — искренне пожелала она, сделавшись абсолютно серьезной, — еще много-много лет!

Казалось, впервые в жизни мужчина растерялся. Самую малость, но все же.

— Знаешь, я… очень постараюсь, малышка!

— Обещаешь?

— Пф! — очередная усмешка.

Их милая беседа оказалась бесцеремонно прервана Дмитрием.

Судя по всему, ему таки удалось совладать с эмоциями и принять окончательное решение относительно Матвея. В итоге он яростно оттолкнул от себя несостоявшегося противника и грозно рыкнул:

— Отдыхай пока! Но теперь оглядывайся: второго предупреждения не будет. Его, сука, просто не будет!

В ответ Верещагин предусмотрительно промолчал, хоть и давалось ему подобное здравомыслие явно непросто. А вот кто молчать не собирался, так это Аркадий Михайлович:

— Тебя где черти носили столько времени? Отъехал же за Пашкой буквально на час… и провалился!

Что? Выходит… это его место пустовало сейчас практически во главе стола? Серьезно? Прямо между Прокурором и Похомом?

— А ты думаешь, его так просто от очередной шлюхи оторвать? — мгновенно ощетинился на отца Дима.

— Простите, простите! — примирительно вскинув ладони, Пашка зашагал в их сторону.