Назову своей

 – красноречиво подмигнул Игнат тёплой компании, давая понять, что его ждёт нечто более интересное, чем распитие элитного алкоголя под остывшее мясо и выдохшийся лимонад.

– Чего? – подлетел Слава.

Слава в прошлом месяце стукнул тридцатник, но, несмотря на приличное для возраста и выслуги звание и должность, он так и оставался Славой – никак не Вячеславом.

– В тире твоя Жанна с подружкой неосторожно вслух почесали языками, Шуре это не понравилось, мне тоже, давай больше такого не повторится. – Он показал взглядом на блондинку рядом с женой Славы – пьяные, весёлые, дурные бабёнки.

– Ой, да ладно, ляпнули, не подумав, – засмеялся Слава.

– Помнится, ты в мае в сауну ездил, – задумчиво сказал Игнат, хлопнув по карману, в поисках несуществующей пачки сигарет.

Слава тогда серьёзно влип. И ладно бы дело касалось девочек лёгкого поведения, которых он от пьяной отваги вызвал, никто бы не придал значения «прегрешениям», тем более, воспользоваться ими Слава не смог. К приезду секс-тружениц его лучшим другом стал унитаз, бравый офицер пугал Ихтиандра.

Он умудрился вляпаться в историю с карточным долгом – продул в покер каталам, на что не только жена, драгоценная Жанна, не закрыла бы глаза, но и начальство.

Игнат прикрыл приятеля, разобрался с ситуацией без лишнего шума и пыли, вот только память у Калугина была хорошая. Профессиональная память.

– Понял, – отозвался Слава, бросая недовольный взгляд на жену.

– Хорошо, что понял. Хорошего вечера, – попрощался Игнат."

"Развернулся на месте, двинулся в сторону номера.

Паршиво вышло со Славой, но как получилось, так получилось. Поговорит мужик с женой, объяснит, что стоит говорить, когда лучше молчать, а после пойдёт молва, что Калугин не любит, когда до молодой жены доходят сомнительные слухи, переживает, нервничает. А с такими связями нельзя волноваться, как бы болтающим плохо не стало.

В кармане раздался рингтон. Игнат посмотрел на экран телефона, удивленно поднял брови.

– Люба? – проговорил он в трубку. – Здравствуй.

Глава 21

Шура мерила шагами кухню и бросала нервные взгляды на Игната, который сидел на стуле, опершись руками о спинку, и внимательно наблюдал за женой.

Всегда спокойная, она не на шутку разбушевалась, разнервничалась, даже откровенно злилась, хоть и старалась по инерции скрыть эмоции. Благо, Игнат немного научился понимать Шуру, жаль, далеко не всегда. Прямо сейчас реакция жены приводила его в искреннее недоумение. Как и то, что он вообще сказал о звонке Любы и своём согласии помочь.