Назову своей

"Глава 1

Рассветное небо налилось багрянцем, готовясь впустить новый день. Запах стоял оглушающий – насыщенная свежесть, прелость леса, луговые травы, омытые утренней росой. Не успел Игнат потянуться, расправив плечи после душного вагона, как окружающая картина поменялась. Высь стала белёсой, а к тому времени, как подошёл к стоянке такси – голубой.

Игнат огляделся – всего несколько машин, водители некоторых спали. Всем известно – под утро самый крепкий сон. В один из автомобилей набилось три человека, они о чём-то оживлённо беседовали.

– Командир, в Кандалы* поедем? – спросил Игнат, отвечая на немой вопрос.

– Чего ж не поехать? – деловито кивнул тот и обратился к кому-то в машине: – Саня, Сань! В Кандалы вона, поедешь?

– Ага, – вывалился из машины парень, по всей видимости, Саня.

– Две пятьсот только, – обратился «командир» к Игнату. – Слышь, Саня? Две пятьсот, не меньше.

– Две пятьсот, так две пятьсот, – кивнул Игнат.

Деньги небольшие, а автобуса можно и не дождаться, он по расписанию ходит: дождь через дождь. Спустя минуту подкатил УАЗ, из окна приветливо улыбался Саня, приглашая в салон. Игнат кинул на заднее сиденье небольшую спортивную сумку, сел на переднее, устроился удобнее, кивнул, давая понять, что пора бы трогаться.

Поначалу дорога вилась гладкой асфальтовой лентой, в жизни не скажешь, что трасса эта – всего лишь регионального значения, пролегает в глубине Сибири – красота, да и только.

– Здесь шишак из Москвы, говорят, дачу построил, – пояснил Саня. – Сейчас цивилизация закончится, – гоготнул он, поглядывая на Игната с нескрываемым, прямо-таки исследовательским интересом.

Игнат взгляды пацана игнорировал. Действительно ведь пацан – с большой натяжкой двадцать два года. Игнату приходилось таких под пули отправлять, самому в этом возрасте под обстрел лезть, но Саня, видно, от мамкиной юбки ещё не оторвался. Белобрысый, лопоухий, худой, лупоглазый, с любопытным взглядом бестолкового щенка.

– А в Кандалы зачем? – спросил Саня, когда свернули на относительно ровную гравийку, что бежала сквозь высокий кедрач.

– К родственникам.

Саня присвистнул, сосредоточенно уставился на дорогу, потом не выдержал, снова посмотрел на Игната, как на экспонат в музее, почесал макушку.

– Ты из этих? – с любопытством выпалил Санёк.

– Каких «этих»? – сделал вид, что не понял Игнат.

– Староверов. Или старообрядцы правильно?

– Едино.