Нам нельзя

Меня на фото почти не видно — только раздвинутые коленки, которыми я прижимаю Глеба, но этого достаточно, чтобы пофантазировать на тему того, что было вне этого кадра. Мы занимались любовью. Это было естественно и правильно, но от мысли, что в эту часть моей жизни заглянули родители, становится до ужаса стыдно.

Отец проходит в мою комнату прямо в обуви. Взгляд бесноватый, движения нервные. Он с грохотом захлопывает дверь, оставляет на ламинате мокрые следы от растаявшего снега и отмахивается от маминых претензий на тему чистоты.

— Ты что… ты её ударила? — спрашивает он у мамы. Старается говорить тихо, но я отлично слышу каждое его слово.

Она ничего не отвечает.

— Это было лишним, Марин.

— Извини.

Я усмехаюсь про себя. Она не просит у меня прощения, но извиняется перед отцом. Злость медленным потоком расползается по венам, заставляя меня крепко стиснуть зубы и приготовиться в любой подходящий момент сорваться с места и бежать отсюда куда глаза глядят.

— Как?.. — спрашивает меня папа. — Как и когда ты с ним познакомилась?

Я молчу и кусаю губы. Начинается самая неприятная часть разговора.

— Он угрожал тебе? Заставлял?

— Боже, нет! — я закрываю ладонями лицо и недоуменно качаю головой. — Всё не так было! Совсем не так!

— А как? Расскажи мне, Ника, если он…

— Да не он, пап! Не он! А я! — почти кричу в ответ. — Я была инициатором наших отношений, потому что влюбилась в него.

Я внимательно слежу за реакцией родителей и вижу, как бледнеет мать, потуже затягивая пояс халата, как недовольно стискивает челюсти отец, не зная, что ответить на мои слова.

Я соблазнила мужчину. Я предлагала ему себя. Я выросла, да. Выросла так быстро, что, похоже, вы не успели заметить.

— Как давно?

— Я больше не отвечу ни на один твой вопрос, пап, — я сбавляю громкость.

— Взрослая она… — насмешливо произносит отец. — Ноги раздвигать перед мужиками — так ты взрослая, а учиться… с этим сложнее, правда?

Мои щёки вновь пылают, а под кожей закипает кровь, и сейчас единственное, чего мне хочется — сбежать от всех этих вопросов, непонимания и давления.

Я открываю шкаф, достаю оттуда сухие вещи и направляюсь в ванную комнату.