All Flesh is Grass

Исполинские дубы стояли недвижно, как изваяния, летнюю ночь пронизывали сверкающие нити лунного света. Я спустился с крыльца и замер, будто очутился в каком-то заколдованном круге. Эти великаны-дубы, словно призрачные угрюмые стражи, и все насквозь пронизавший лунный свет, и необъятная тишина, полная затаенным ожиданием чего-то, и слабый, какой-то потусторонний аромат, незримой пеленой стелющийся над податливой чернотой под ногами,  — да разве это мой знакомый, привычный мир, моя Земля?

Then the enchantment faded and the glitter went away and I was back once more in the world I knew.

There was a chill in the summer air. Perhaps a chill of disappointment, the chill of being booted out of fairyland, the chill of knowing there was another place I could not hope to stay. I felt the solid concrete of the walk underneath my feet and I could see that the shadowed oaks were only oaks and not graven monuments.

А потом колдовство рассеялось, сверканье померкло  — меня вновь окружал тот прежний мир, который я знал с детства.

В летней ночи меня пробирала дрожь. Быть может, то был холод разочарования оттого, что меня выгнали из волшебной страны, от сознания: она существует, эта страна, но у меня нет надежды там остаться. Я ощутил под ногами асфальт дорожки и ясно видел теперь, что тенистые дубы  — все-таки просто дубы, а никакие не изваяния.

I shook myself, like a dog coming out of water, and my wits came back together and I went on down the walk. As I neared the car, I fumbled in my pocket for my keys, walking around on the driver's side and opening the door.

I was halfway in the seat before I saw her sitting there, next to the other door.

Я встряхнулся, точно пес, вылезший из воды, окончательно овладел собой и зашагал по дорожке. Вот и моя машина; я обошел ее, нашарил в кармане ключи и распахнул дверцу.

Только усаживаясь за баранку, я увидел, что рядом сидит Нэнси.

“I thought,” she said, “that you were never coming. What did you and Father find to talk so long about?

“A number of things,” I told her.

“Do you see him often?”

— Я думала, ты уже никогда не придешь,  — сказала она.  — О чем это вы с отцом так долго рассуждали?

— Да так, о разном. Все пустяки, ничего интересного.

— Ты часто у него бываешь?

“No,” I said. “Not often. “

Somehow I didn't want to tell her this was the first time I had ever talked with him.

I groped in the dark and found the lock and slid in the key.

“A drive,” I said.