Опасная красота. Поцелуи Иуды

Фели так же, как и я, не входит в личный состав (и форма ей, как и мне, не положена), подвизаясь на самой что ни на есть прозаичной должности бухгалтера. Зато, в отличие от меня, подруга всегда в курсе свежих новостей, сплетен, всего самого интересного и зачастую скандального. Может быть, это потому, что бухгалтерия находится далеко не в подвале?

Но за свой подвал я обиделась, мне в нем было комфортно и даже уютно — никто не трогал меня, и я не трогала никого. Сама себе удивляюсь, как при таком-то характере я задумала пойти на такой шаг!

— И что же происходит там, на белом свете? — рассеянно переспросила — откровенно говоря, мне сейчас было вообще не до этого.

— Прибыло новое начальство, — с усмешкой сообщила Фелиция. — Ты еще скажи, не в курсе, что Дрезднер с сегодняшнего дня на пенсии!

Я была в курсе — наш, сейчас уже бывший, комиссар Клаус Дрезднер в последнее время выглядел совсем уж стареньким и больным и, казалось, считал не то, что дни, часы до ухода на заслуженный отдых. Он был старым даже по меркам вампиров — около восьмиста двадцати тысяч лет или вроде того.

— Ну, вместо него же назначили комиссара Леандера Шенка, — проявила осведомленность я, в душе торопя Фелицию поскорее уйти — я была слишком взволнована. — Дрезднер сам его на прошлой неделе и представил. По-моему, он довольно обычный, и никаких кардинальных изменений это за собой не повлечет.

По крайней мере, у меня в архиве — точно…

— Не повлечет, говоришь? — картинно захохотала Фели. — В первый же день! Он сместил твоего ненаглядного Итана Энглера с должности помощника комиссара и назначил своего собственного! Перевел из другого отделения! И ты в жизни не догадаешься, какие слухи о нем идут… Кастор Трой, Монечка! У нас теперь будет работать сам Кастор Трой!

— Кастор Трой? А кто это? — имя было мне совершенно незнакомым.

— Ну ты даешь, мать! — Фел покачала головой. — Хотя что с тебя взять, ты ж в этом архиве, как на Луне — оторвана от остального мира. Тот самый офицер Трой, по которому стонали все девочки из третьего отделения! Табунами за ним бегали! А он, подонок, их через конвейер — одна, вторая, третья… Мало того, Троя не раз привлекали за превышение полномочий — у него на допросах плачут даже самые отъявленные преступники.

— Но тогда его должны были отстранить… — рассеянно пробормотала я.

— У офицера очень высокие покровители — ему все нипочем, — повела плечиком Фели.