Некровные узы

— Иван, пойдем-ка ко мне в кабинет, — говорит Аркадий Львович, сложив на тарелку нож с вилкой. — Надо показать тебе кое-что на компьютере.

Мое сердце улетает в пятки, а в крови происходит выброс адреналина. Я уверена: Ванин отец специально хочет его увести, чтобы оставить нас с Аллой вдвоем. Ваня же не согласится?

— Да, пап, конечно, — отставляет свои приборы и встает со стула.

Нет! Нет! Нет!

Ваня не может оставить меня с Аллой наедине!

Они уходят, и мы остаемся вдвоем. Несколько секунд царит гробовая тишина. Я с опаской поднимаю на Аллу лицо.

— Ты очень похожа на мою бабушку.

Меня бросает в озноб.

— Получается, мне она прабабушка?

— Да.

— Разве это не слишком дальнее родство?

— Я тоже так думала, даже полезла читать в интернет. Пишут, так бывает. Это происходит, если комбинация генов ребенка похожа на комбинацию генов предка.

— Как интересно.

— Хочешь, покажу тебе ее фотографию?

Предложение Аллы немного удивляет меня.

— Да, давайте, мне было бы интересно.

Она встает из-за стола, я вместе с ней. Алла ведет меня из кухни на второй этаж. Пока поднимаюсь по лестнице, слышу, как в ушах тарахтит собственное сердце. На спине проступает испарина. Я очень нервничаю, хотя, казалось бы, все страшное позади.

Мы заходим в комнату, больше похожую на кабинет-будуар. В большом помещении есть и кровать, и кожаный диван, и рабочий стол. Я сажусь на диван. Алла достает из комода большой старый альбом и садится рядом со мной. От ее столь близкого присутствия волоски на теле встают дыбом.

— Ее звали Надежда. Она умерла, когда я была маленькой.

— Поразительное сходство.

— Да, — я не смотрю на Аллу, но чувствую ее улыбку.

Я еще раз присматриваюсь к лицу своей прабабушки, поражаясь законам генетики. У нас почти одно лицо.

— Это наш семейный альбом, — поясняет Алла, — здесь я и мои родители в разные годы жизни.

Я переворачиваю страницу, чувствуя, что прикасаюсь к чему-то сокровенному. Пальцы подрагивают. Далее идут тоже черно-белые фотографии. Алла рассказывает, что это ее родители в молодости.