Некровные узы

— Ооо, Алла, ты приготовила мой любимый салат с креветками и авокадо? — восторгается Ваня. — Спасибо, я по нему скучал.

— Я еще сделала твою любимую утку в духовке.

— Супер.

Что? Это все готовила Алла? Серьезно?

— Выглядит очень вкусно, — роняю едва слышно и чувствую, как начинаю краснеть.

Алла улыбается мне, и я впервые вижу ее доброй. Клянусь, вот сейчас она реально добрая, а не как все те разы, когда мне доводилось с ней видеться на работе и у Вани дома.

— Спасибо, Инга, мне очень приятно. Я не знала, что ты любишь, поэтому приготовила Ванины любимые блюда.

— Я все ем. У меня нет конкретных предпочтений в еде."

"Она назвала меня Ингой. Это немного удивляет. Алла ведь при рождении дала мне другое имя. Мария. Мысленно я примерила его к себе уже тысячу раз. Мне даже стало казаться, что оно мне идет. Но положа руку на сердце, я не хочу, чтобы меня звали Машей. Тогда у меня будет совсем диссонанс.

— Значит, это вы, та самая юная леди, которая предложила нашей компании новое маркетинговое решение? — обращается ко мне Аркадий Львович.

— Спасибо, надеюсь, оно позволит привлечь новых лояльных клиентов.

— Я же правильно понимаю, ни у кого из наших конкурентов нет такой программы лояльности? — уточняет Алла, накладывая всем еду в тарелки.

— Ни у кого, — подтверждает Ваня. — Инга придумала абсолютно новое решение.

— Если выстрелит, надо будет его запатентовать, — говорит Аркадий Львович. — А то сразу возьмутся повторять за нами.

Я слегка смеюсь и медленно расслабляюсь. Ваня с отцом говорит о делах компании. Я отрезаю маленький кусочек утки и отправляю его в рот. Вкусно. Правда, очень вкусно. Чувствуется, утка долго мариновалась, поэтому мясо получилось сочным. И салат с креветками интересный. Я раньше такой не пробовала.

Моя приемная мама говорила: плохой человек не может быть хорошим поваром. Если верить этому утверждению, то Алла просто замечательный человек. Ее еда тает на языке. Когда она видит, что моя тарелка пустеет, то предлагает попробовать другие блюда.

За столом идет оживленная беседа о работе, но чувствуется едва уловимое напряжение. Понятно ведь, о чем думают все присутствующие. Отнюдь не о работе. Но главное вслух не звучит. На самом деле я рада. Я не знаю, как мне говорит с Аллой о том, что мы мама и дочка.