Лев

Он с надрывом задышал, чувствуя, как брызгает сперма на живот, пачкая и его, и Славу, и как бесстыдно сокращаются мышцы вокруг члена, усиливая оргазм.

Он откинулся на подушку, мокрый от пота, а Слава, подавшись назад, с некоторой растерянностью посмотрел на следы семени и удивленно спросил:

- Ты что, кончил?

Лев невольно рассмеялся от его интонаций.

- Что за вопрос? Как будто мы Достоевского читали.

- То есть… - выдохнул Слава. – Тебе понравилось?

- Да, - искренне ответил Лев. – Да, очень.

Слава подался вперед, и Лев почувствовал, как член внутри него тоже болезненно толкнулся.

- Вытащи, - попросил он.

- Извини.

Слава вышел из него, и Лев, глядя на его эрекцию, испытал укол вины за свой поспешный оргазм. Предложил, садясь на постели и подвигаясь ближе:

- Давай я.

Слава кивнул, и Лев, обхватив одной рукой Славу за талию, а второй – за член, прижал его к себе, и, целуя губы, шею, чуть прикрытые веки, помог дойти до оргазма вторым.

(Но покрывало, конечно, придётся потом постирать)

Слава обессиленно лег на постель, дыша, как марафонец.

- Как тебе? – спросил он, целуя Славу в волосы.

- Капец, – тяжело дышал тот. – Аж покурить захотелось, а я никогда не курил.

- Это хорошая оценка? – посмеялся Лев.

- Это ахуенная оценка, – Слава, вытянув руку, приобнял его за плечи. – Всё время хотел сказать, что люблю тебя, но не мог подобрать момент.

- Для таких слов любой момент подходящий, – заметил Лев.

- Тогда я люблю тебя.

- А я люблю тебя, - ответил он, целуя тотчас возникшую ямочку на щеке. И, опережая Славин порыв, первым протянул ладонь: – Ты не забыл? Дай пять.

- На, – Слава хлопнул сверху своей ладонью. И, переходя на шутливо-напускной тон, сказал: – Приятно было провести с вами время, сударь, извольте откланяться в душ.

- Только быстро, - попросил Лев. – Я тоже хочу."

"- Я всегда быстро!

- Ага, как начнёшь себе что-нибудь брить, так всё.

Слава, засмеявшись, убрал руку с его плеча и, перекатившись, встал с кровати.

Лев, проводив его взглядом, оглядел смятую постель, дотянулся до тюбика со смазкой, закрыл его и подумал: «Вот это да».

Лев и Слава [66-67]

В ту ночь он так и не заснул: смотрел в одну точку – туда, где в полумраке блестели оставленные на тумбочке кольца – снова и снова воспроизводя в памяти сцены лучшего секса в своей жизни.