Жребий Салема

 – Разве что оставить на потом и приберечь для следующей ночи?

– Да!

Мягко, почти завлекающе, Барлоу промурлыкал:

– Тогда тебе придется бросить крест и остаться со мной на равных. Как в шахматах – белые против черных. Твоя вера против моей.

– Хорошо, – согласился Каллахэн, но уже не так уверенно."

"– Так сделай это! – Барлоу выжидающе вытянул полные губы. Высокий лоб блестел в неровном мерцающем свете.

– И поверить, что ты отпустишь его? Да легче сунуть себе под рубашку гремучую змею и надеяться, что она не укусит!

– Но я же верю тебе! Смотри…

Он отпустил Марка и, сделав шаг назад, развел руки в стороны.

Не веря своему счастью, Марк замер на мгновение, а потом бросился к родителям, даже не обернувшись на Барлоу.

– Беги, Марк! – закричал Каллахэн. – Беги!

Марк поднял на него затуманенный взгляд темных глаз.

– Мне кажется, они мертвы…

– БЕГИ!

Мальчик медленно поднялся на ноги, обернулся и посмотрел на Барлоу.

– Скоро, маленький брат, – почти милостиво заверил тот. – Совсем скоро мы с тобой…

Марк плюнул ему в лицо.

У Барлоу перехватило дыхание. Его лицо налилось такой яростью, что прежняя злоба показалась не более чем игрой. На мгновение в его глазах сверкнуло истинное безумие.

– Ты плюнул в меня! – прошипел Барлоу, дрожа от бешенства, и, пошатываясь будто слепой, шагнул вперед.

– Назад! – закричал Каллахэн и взмахнул крестом.

Барлоу со стоном закрыл лицо руками. Распятие засияло ослепительным светом, и Каллахэн мог положить всему конец прямо сейчас, если бы только на это решился.

– Я убью тебя! – произнес Марк и выскочил из дома.

Барлоу, казалось, стал выше ростом. Его волосы, зачесанные назад на европейский манер, растрепались. Одетый в темный костюм и с безупречно завязанным пунцовым галстуком, он показался Каллахэну олицетворением окружавшей его тьмы. Глаза в темных глазницах напоминали мерцающие угли.

– Теперь твоя очередь выполнить обещанное, шаман!

– Я священник! – вскинулся Каллахэн.

– Священник! – презрительно повторил Барлоу и насмешливо поклонился.

Каллахэн стоял в нерешительности. Зачем бросать крест? Чтобы Барлоу покинул поле боя, согласившись на ничью, а вот завтра…

Но в глубине души его что-то смущало. Не принять вызова вампира было чревато последствиями, о которых он даже не задумывался. И если он не уберет крест, это будет равносильно признанию… признанию чего? Если бы только у него была возможность все обдумать и навести порядок в мыслях…

Свечение распятия затухало.