Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

В этот момент, где-то в самом низу раздался грохот и сдавленный вопль.

Все замерли, прислушиваясь.

— Ваше дитятко шнурки забыло завязать и навернулось, — я указал пальцем вниз, — А я, между прочим, его предупреждал.

Она бросила на меня еще один взгляд, полный ненависти и с криком «Стасик» понеслась вниз.

— Ты только что нажил себе смертельного врага, — заметила философски Дина, проводив гостью равнодушным взглядом.

— Это что вообще такое было?

— Семейный ужин. Очень насыщенный и поучительный. Кое-кто снял с себя маску и показал истинное лицо.

— Я не понимаю.

— Тебе и не надо. Потом как-нибудь расскажу, — отмахнулась Дина.

— Но…

Дверь опять распахнулась. Да что же это такое? Нам дадут спокойно поговорить или нет???

На пороге появился Леонид Николаевич. Увидев меня, он сдержанно кивнул, и обратился к дочери:

— Дин, давай домой. Там мать буянит. Я не могу ее успокоить!

— Хорошо, пап. Сейчас иду. Одну минуту.

Отец кивнул и ушел.

— Антон, мне пора.

— Я уже догадался, — хмуро посмотрел на нее, — нормального разговора у нас с тобой сегодня не получится.

— Не получится, — со вздохом согласилась Дина. — Дома проблемы. Сам понимаешь — надо решать.

— А наши проблемы когда решать будем?

— Наши? У нас разве есть проблемы?

— Разве нет? Или инцидент с письмом можно считать исчерпанным? — уставился на нее напряженно, ожидая ответа.

— Расслабься, Северный, — улыбнулась Дина и ободряюще похлопала меня по плечу, — я тебе верю.

— Правда?

— Правда, — шагнула еще ближе и быстро клюнула меня в щеку.

"Я тут же, как пещерный человек, сгреб ее в охапку и припал к сладким губам, а она, словно только этого и ждала, потянулась ко мне, ответила, прижимаясь всем телом. Доверчиво, как и прежде, отчего внутри все ликованием наполнилось. Моя девочка.

— Прости, мне пора, — выдохнула спустя несколько мгновений, с трудом отстраняясь. В глазах шальной огонь полыхал, такой же, как и внутри у меня самого.

Я, не хотя, разжал руки, выпустил ее из своих объятий.

Кулакова растеряно улыбнулась, прижала руки к пунцовым щекам, пытаясь успокоиться, и направилась к двери. Уже взялась за ручку, но остановилась. Обернулась ко мне и со смущенной видом спросила:

— Предложение переехать все еще в силе?

— Конечно.

— Я согласна, — и ушла домой.

Я постоял еще несколько минут на лестничной площадке, с дурацкой улыбкой глядя на дверь, за которой скрылась Дина, а потом поплелся домой, чувствуя себя самым счастливым придурком на свете.