Хаски и его учитель белый кот. Том III

Но как можно воспринимать всерьез то, что молодой человек наговорил сгоряча?

Проворочавшись с боку на бок пару ночей, Мо Жань все-таки вспомнил о благодарности, и что хороший человек не должен держаться за обиды. Подавив в сердце гнетущую тоску, в итоге он сам пошел в Павильон Алого Лотоса, собираясь сменить Ши Мэя.

Однако чего Мо Жань никак не ожидал, так это того, что судьба повернется так, что из-за этого недоразумения он столкнется с коварным замыслом, который навсегда изменит всю его жизнь…

Ши Мэй пытался подсадить магического паразита в тело Чу Ваньнина.

Недоумение, растерянность, ужас, страх, гнев и разочарование. В одно мгновение все его внутренности словно прожгло насквозь.

Он бросился вперед и резким движением выбил из руки Ши Мэя острый нож, взревев, словно дикий зверь:

— Что ты делаешь?!

Ши Минцзин был ошеломлен, но его растерянность продлилась лишь одно мгновение, а затем пара прекрасных персиковых глаз сузилась в опасном прищуре.

— И кто же это тут у нас? — на губах Ши Мэя появилась слабая улыбка. — Сейчас сквозь усиленные барьеры, защищающие Павильон Алого Лотоса, могут пройти лишь три ученика и глава Пика Сышэн. Будь это молодой господин или уважаемый глава, это доставило бы мне хлопот, но, по счастью, это именно ты.

Мо Жань так быстро бежал, что запыхался и теперь тяжело дышал. Его худенькая фигурка заслонила собой Чу Ваньнина.

Он пристально вглядывался в лицо Ши Мэя.

— Что ты хотел сделать, воспользовавшись тем, что учитель в затворе? Ты… ты… — в тот момент Мо Жань даже не сразу смог поверить, что кроткий и деликатный в речах брат-наставник Минцзин может иметь второе лицо, похожее на маску демона во плоти. — В конце концов, кто ты такой?!

Ши Мэй рассмеялся в голос:

— А-Жань, какой же ты милый ребенок.

Он посмотрел на защищающего Чу Ваньнина Мо Жаня.

Этот ученик только переступил порог школы, такой ничтожный и такой самонадеянный.

Похоже на скверную шутку.

— Разве не ты говорил, что ненавидишь Учителя и больше не хочешь его видеть?

Ши Мэй прекрасно знал, что делает[278.5], поэтому просто намеренно дразнил и насмехался над ним.