Хаски и его учитель белый кот. Том III

— Я знаю, хотя тебе не нравятся благовония, ты не испытываешь отвращения к цветам. Я принес ветку зимоцвета, она может простоять очень долго.

Мо Жань молчал, его опущенные ресницы даже не дрогнули.

Во сне он выглядел очень спокойным и умиротворенным, что в обычной жизни для этого человека было большой редкостью.

Именно так мирно и безмятежно Мо Жань спал все это время. Покончив с повседневными делами, Чу Ваньнин обычно садился рядом и говорил с ним.

В прошлом, когда они более-менее ладили и проводили время вдвоем, обычно много говорил Мо Жань, а он сидел и слушал.

Кто бы мог подумать, что однажды тот, кто много говорит, и тот, кто только слушает, могут поменяться местами.

— Снаружи все укреплено защитным магическим барьером, также я повсюду расставил отводящие глаз заклинания, никто нас не найдет, — сказал Чу Ваньнин. — Еще я принес запас дров и провизии, так что некоторое время можно ни о чем не беспокоиться, — помолчав, он вздохнул. — Почему ты до сих пор не очнулся? — с этими словами он протянул руку и погладил Мо Жаня по волосам.

Огонь в очаге задрожал. Чу Ваньнин опять сел у кровати и стал ждать. Отбрасываемые солнечным светом тени заметно сдвинулись, а он так и не дождался, когда самый важный для него человек откроет глаза.

Чу Ваньнин опустил ресницы и тихонько вздохнул.

— Раз уж ты все еще хочешь спать, то спи… Я продолжу рассказывать тебе историю, которую начал вчера, а ты продолжай слушать. Ты сам говорил, что перед сном тебе нравится слушать сказки, но, уж извини, я плохой сказитель… поэтому только и могу, что пересказывать то, что мы с тобой уже пережили, — скрыв глаза за завесой ресниц, он какое-то время молчал, прежде чем с теплом в голосе снова обратился к нему.

Он коснулся тыльной стороны ледяной руки Мо Жаня.

Все еще такой холодной и безучастной.

Вот так вот, держа Мо Жаня за руку, он тихо рассказывал обо всем.

Раньше из-за интриг и особенностей своих характеров, оба они не спешили делиться друг с другом своими мыслями и чувствами.