Ошибка

Тем более что его шины вряд ли лопнут в течение следующих нескольких часов. Резина еще какое-то время протянет, пока наконец не выйдет из строя.

– Ну ладно. Тогда пока просто починю колесо. Это займет около десяти минут, но сначала мне нужно отрегулировать сход-развал на этой «Джетте». Так что итого где-то полчаса. Подождешь в офисе?

– Не, прогуляюсь и покурю. Мне еще необходимо сделать несколько звонков. – Он буравит меня взглядом. – И ради бога, ты нужен нам на льду, парень. По вечерам в четверг. Подумай об этом, ладно?

Я снова киваю, но мы оба знаем, каким будет мой ответ.

Каждый год «Мансен Майнерс» делают мне это предложение, и каждый год я его отклоняю. Честно, даже мысль об этом уже нагоняет тоску. Это лишь напоминание, что в следующем году я перейду из команды Первого дивизиона в «Мансен Майнерс». Да-да, и буду ведущим игроком в любительской лиге, в команде, которая названа в честь несуществующих шахтеров. Потому что в Мансене нет шахт[8] и никогда не было.

Меньше чем через минуту после того, как Берни выходит на улицу, из офиса появляется мой отец и, прихрамывая, подходит ко мне.

К счастью, в его руках нет никаких емкостей с алкоголем. Значит, у него хватает здравого смысла не появляться пьяным перед клиентами.

– И что это, на хрен, сейчас было? – требовательно спрашивает он.

Вот вам и здравый смысл – у отца заплетается язык, он шатается, даже опираясь на свою трость, и я рад, что весь день он просидел в офисе, вне видимости.

Я сдерживаю вздох:

– О чем ты говоришь?

– Почему ты не заставил его поменять резину? – Щеки отца раскраснелись от гнева, и даже несмотря на то, что я провел дома уже больше месяца, его изможденный вид по-прежнему поражает меня.

Словно вся кожа с его лица, рук и торса сползла вниз, на отвратительный пивной живот, торчащий из-под поношенной футболки. Если не смотреть на его брюхо, то он худой как жердь, и мне тяжело видеть его таким.

Я видел его фотографии, сделанные в молодости – когда-то папа был действительно хорош собой.

И я помню, каким он был, когда не пил. Щедрый на улыбку, всегда готовый пошутить и посмеяться. И я скучаю по тому человеку. Господи, как же сильно я иногда по нему скучаю!

– Ремонт пробитого колеса за тридцать баксов вместо четырех новых шин? – кипит от злости отец. – Да что, черт побери, с тобой такое?

Я стараюсь не выходить из себя:

– Я порекомендовал ему заменить шины. Он не захотел.

– Не надо рекомендовать! Надо заставлять.