В плену желаний

Он встал и направился в аппаратную, а Тим последовал за ним. Включив нужный монитор, Бушин приблизил картинку и, щелкая видео с разных камер, внимательно искал на них Ирину, но, как он и предполагал, ее там не оказалось. Холодная ярость медленно просыпалась внутри.

— Ну и где?

— Разрешите проверить?

— Иди-иди, — язвительно произнес управляющий и взял в руки рацию: — Машину Стрельцова не выпускать!

Душа ушла в пятки. Громов молился лишь о том, чтобы Олег успел выехать.

— Но Адольф Михайлович, — послышался робкий ответ.

— Говори!

— Он только что отказался пройти досмотр и уехал…

— То есть как уехал? — взревел Гитлер. — Вы там все с ума, что ль, посходили? Я вам за что бабки плачу, причем немалые?

— Снес шлагбаум и уехал, мы не смогли его остановить.

— Твою мать! А вы зачем там сидите?

— Что мы должны были сделать?

— Идиоты! Стрелять надо было! На поражение! Если вы мне его не вернете, поубиваю всех до одного! — крикнул Бушин в рацию и швырнул ее на стол.

— Может, я лично…

— Нет! Ты приведешь себя в порядок и вернешься в зал! И больше никаких фокусов!

— Я понял, — Тимур кивнул и вышел."

"Адольф нервно мерил пространство шагами, боялся даже представить, какие у него будут проблемы, если судья доберется до Москвы. Ее нужно было вернуть во что бы то ни стало. Чем дольше Бушин думал, тем сильнее убеждался в том, что Стрельцов не провернул бы такое сложное дело в одиночку.

***Время тянулось бесконечно долго, шестьдесят минут показались вечностью. Услышав шум в коридоре, Адольф резко обернулся. Дверь без стука распахнулась, и в кабинет ввалился запыхавшийся охранник.

— Почему так долго?

— На переезде застряли.

— Догнали? — взволнованно спросил Бушин.

— Да, — закивал мужчина, пытаясь отдышаться.

— Веди сюда, немедленно! — потребовал он, желая поскорее разобраться со всеми участниками происшествия.

— Не могу.

— Почему?

— Трупы не ходят…

— Что это значит?

— Авария… Машина вылетела с обрыва и взорвалась… Два трупа… — тараторил охранник обрывками фраз.

— Это точно они? — с недоверием поинтересовался Гитлер, уж больно невероятной казалась история.