В плену желаний

— Я не буду тебе мешать, просто позволь мне видеть тебя хотя бы издалека, все что угодно, только не выгоняй меня. Тимур, я не смогу без тебя. Я так люблю тебя! Ну пожалуйста!

— Хватит!

Громов резал по живому. Слишком глубоко они проросли друг в друга, чтобы просто расстаться. Невыносимо больно… Он без анестезии отрывал ее от себя, спасал тело, предавая, убивая израненную душу. Его сердце обливалось кровью при виде ее мучений, и только благая цель позволяла оставаться непреклонным.

— Ну я умоляю тебя, — жалобно простонала Ирина.

— Да, прекрати ты наконец! — не вытерпев, рявкнул Тимур и сильно встряхнул ее за плечи.

— Пожалуйста, — шептала она, как молитву, одними губами и смотрела в его глаза в надежде найти в них хоть что-то человеческое.

Но Тим оказался глух к ее мольбам. Заметив, что ее истерика стремительно набирает обороты, он не придумал ничего лучше, чем заткнуть рот поцелуем. Ира дернулась от неожиданности и замолчала. Громов жестко сминал соленые от слез губы, не позволяя себе ни на секунду расслабиться.

Скользнув ладонями по спине вверх, Тимур нажал на несколько болевых точек на шее, и буквально через секунду Ирина обмякла в его руках. Крепко прижал ее к себе, стараясь запомнить все в мельчайших подробностях. Нежно поцеловав на прощание, он уложил ее в багажник и достал скотч. Решил перестраховаться — не вовремя очнувшаяся Ира могла испортить всю операцию.

Скрутив ее руки и ноги, Громов аккуратно приклеил липкую ленту на губы и принялся складывать вещи обратно.

***Заработал резервный генератор, и в зале включился свет. Громов вернулся как раз вовремя.

— Без паники! — воскликнул он, призывая толпу успокоиться.

Только справившись с недовольными клиентами, Тимур наконец облегченно выдохнул и, перехватив вопросительный взгляд Стрельцова, утвердительно кивнул, тем самым давая понять, что первая часть плана выполнена.

Олег демонстративно взглянул на часы, морально подготавливая себя ко второму этапу, который должен был начаться ровно через десять минут. Тим последовал его примеру и ужаснулся — время бежало слишком быстро, они рисковали не успеть до возвращения управляющего.