Малец

Это да, согласился Степан, а внимательно присмотревшись к добыче, вынужден был согласиться и с тем, что кони смотрелись действительно как горбунки — мелкие, лохматые, да еще с каким-то горбиком в холке. Да, с такой ценой год не протянешь. О чем и сообщил друзьям.

— Может в Нерчинск податься? — Предложил Остап. — Там хоть в набег сходить можно.

— Да, какой там, — скривился Алексашка, — на днях, из третьей сотни двое в Иркутск приехали, селиться будут. Говорят, там только что не голодуют. Да и кому ты там нужен без коня? Попробовать к купцам наняться? Слышь малец, — казак повернулся, к подростку, — случаем не знаешь, нужна там охрана кому из купцов?

— Не, казаки у купцов теперь спросом не пользуются, — ответил Васька, — после того, что забайкальские натворили, не скоро вам доверять начнут.

Степан прикинул, опять малец прав, в их услугах на сегодня никто не нуждался.

— Так и сгинуть не долго, — проворчал Остап, — остается службу забросить да «на землю садиться». Даже вон, горельцы, и те лучше живут. — При этом он покосился на Ваську, который с удобством устроился на мешках с овсом, по-хозяйски обозревая торг. Странно было, что при этом торговец овса не обращал на нахала ровным счетом никакого внимания, вроде как так и должно быть.

— Это завсегда можно, — хмыкнул Степан, — только кроме службы мы ни к чему не приспособлены, в обучение как мальцам придется идти.

Подросток, в задумчивости почесал нос, будто всерьез принял вопрос казака:

— Не, не получится ничего, — наконец ответил он, — в обучении нужно подзатыльники в случае нерадения раздавать, а вам разве выдашь? Сразу за плетку схватитесь, да про урон чести талдычить начнете.

Казаки расхохотались — ну, да, так оно и есть. Да и какие из казаков ученики, отучились свое.

— Тогда на службу принимай, раз выучить не можешь, — продолжил веселиться Степан, — будем под твоей рукой службу справлять.

— Запросто, — тоже оскалился малец, — только над вами потом вся округа потешаться станет, мол, у дурачка Васьки на службе.

— Так если за службу деньгой получать, еще неизвестно, кто над кем потешаться будет. — В ответ хмыкнул казак.

— И что, на самом деле пойдешь? — Прищурился подросток.

— Да запросто, — сделал серьезное лицо Степан, — десять рублей и по рукам.

— Десять? — Удивился малец.