Малец

— Вот что, Степан, — тяжело вздохнул старшИна, — по правде, должен я тебе и твоим сотоварищам горяченьких прописать, за самовольство, да таких, чтобы с недели две прилечь не могли, но не стану этого делать, потому как десятник от тебя и Алексашки, дружка твоего, отказался. Сразу скажу, нехорошо ваш старший поступил, но то дело его, и я здесь встревать не стану.

— Да, как же это? — В удивлении вытаращился казак. — Почто так? Теперь-то я снова с конем. А если разрешения не спросил, так не отпустил бы, а без коня кому я за так нужен?"

"На это Брага лишь пожал плечами, ему и самому не нравилось, как обошлись с молодым казаком.

С одной стороны пострадавшие казаки вроде как самовольство проявили и вдогон за супостатом без разрешения ринулись, а с другой, ну кому нужен казак без коня? Можно было понять молодежь и, в крайнем случае, обойтись наказанием, чтобы другим неповадно было, однако выгонять из десятка уже перебор, но тут десятник сам себе голова, и никто ему не указ, скорее всего место освободил, чтобы кого из новиков по родственной линии продвинуть. Времена нынче для казаков стали тяжкие, все меньше востребована их служба, и с содержанием трудности постоянные, на всех мест не хватает.

— Ты, не суетись, — посоветовал старый казак, — деньга у тебя пока есть, а потом посмотрим, может и в другом десятке место найдется.

От Браги, Степан вышел в отвратительном настроении. Вот что теперь делать? Пнув с досады подвернувшийся на дороге сучок, от чего тот улетел через высокий забор кому-то во двор, казак отправился домой, надо выставить на продажу бурятских коней, смотришь, и еще год можно будет кое-как пробиться, а там что-нибудь придумает.

На торгу казаки с добычей появились уже после полудня и успели увидеть, как покупатель забирал Васькину добычу.

— Вот что творит! — Восхищенно цокнул языком Алексашка. — Мы не успели еще прийти, а малец уже коней продал.

— Дык, а ты чего ждал? — Усмехнулся Остап. — Поди, успел и похрапеть немного.

— Ну, а чего нет-то? — Подтвердил товарищ.

 — Как меня со службы поперли, так сразу и залег, все-таки два дня не спавши.

— Васька, — окрикнул мальца Степан, — поди сюда.

Надо было узнать, за какую цену сговорился подросток.

— За полтину с четвертью продал, — огорошил казаков малец, — дороже вряд ли возьмут, спрос в основном на коней под упряжь, а бурятских горбунков долго обкатывать, непривычные они. Этих добытчикам продал, для лесных троп берут, там-то самое то будет.