Фавориты Фортуны

Муция вздохнула и перестала вышивать.

– Сядь, Гней Помпей, прошу тебя! Конечно я тебя люблю.

– Если бы ты меня любила, то ревновала бы! – резко выпалил он и плюхнулся в кресло.

– Я не ревнивая. Человек или ревнивый, или нет. Это от природы. И почему ты хочешь, чтобы я тебя ревновала?

– Это говорило бы о том, что ты любишь меня.

– Нет, это говорило бы лишь о том, что я ревнивая, – ответила Муция, являя великолепную логику. – Ведь я выросла в очень трудной семье. Мой отец до безумия любил мою мать, и она тоже его любила.

– Ты предупреждаешь меня о том, что я не должен тебя ревновать?

– Вовсе нет, – спокойно ответила Муция Терция. – Я не похожа на свою мать.

– Ты любишь меня?

– Да, очень.

– Ты любила Мария-младшего?

– Нет, никогда. – Нитка кончилась, и она оторвала новую. – Младший Гай Марий не был человеком, способным горячо любить свою жену.

Такой ответ вполне удовлетворил Помпея, и он смог вернуться к прежней теме разговора:

– Дело вот в чем, Муция. Как мне поступить? Я – в роли посредника… Ай, зачем искать для этого приличное слово? Я – сводник!

Она хихикнула. Чудо из чудес! Она хихикнула!

– Я понимаю, в какое трудное положение ты попал, Магн!

– Как же мне поступить?

– Так, как привык. Возьмись и сделай. Ты не сможешь контролировать события, если начнешь размышлять и волноваться о том, как ты будешь выглядеть.

– Пойти, увидеться с ней и попросить?

– Вот именно. – Муция снова вдела нитку в иголку и посмотрела на него. Улыбающиеся глаза теперь скрывали что-то совсем другое. – Но этот совет имеет свою цену.

– Да?

– Конечно. Я хочу услышать полный отчет о твоей встрече с Прецией.

Время для таких переговоров оказалось удачным. Больше не увлеченная ни Марием-младшим, ни Помпеем, Преция хандрила.