Девчонки, я приехал!

 – Опаздываешь, как всегда.

– Видимо, коммунистическая организация не научила своего члена быть пунктуальным, – заметил Гицко.

Сергей Ильич быстро на него посмотрел, а потом обвёл взглядом остальных.

Все смотрели кто куда, но мимо него.

Всё понятно, подумал начальник КБ. Всё ясно.

…Самое лёгкое – выговор с занесением.

Самое страшное – исключение из партии, крест на всей жизни, несмываемое пятно.

Хорошо, что уже лет десять, как не сажают, а то подумал бы – арест.

Только вот – за что?

– Так вот, – начал директор с тоской.

– Как же не выносить? – удивился Гицко. – Я настаиваю на вынесении! Мне вообще до конца непонятна суть нашего здесь… собрания. Вина товарища начальника конструкторского бюро совершенно очевидна и, я бы сказал, доказана.

– Моя вина? – спросил Сергей Ильич.

– Ваша, ваша, гражданин.

– Да что уж вы так-то! – вступил парторг. – Сразу в дамки! Послушаем, обсудим.

– Да ты присядь, присядь, Сергей Ильич! И кури! Вот папиросы! Товарищ Гицко, пожалуйста!

Товарищ Гицко придвинул к себе сразу несколько папок, и Сергей Ильич мимолётно удивился, что его жизнь, такая простая и понятная, требует сразу нескольких папок, в одну не помещается."

"– Значит, такое дело, товарищи, – Гицко прочистил горло. – Начальник нашего конструкторского бюро допускает такие ошибки и промахи, о которых даже странно думать, что они делаются случайно.

– Вот те на! – выговорил председатель профкома с изумлением.

…Всё же с тридцать седьмого года прошло двадцать лет, немного подзабылись «процессы о вредителях», отступил страх, легче стало дышать.

И вдруг так душно стало в просторном директорском кабинете от слов начальника первого отдела! Душно и тесно, как в тюремной камере.

– Я вот тут собрал некоторые данные, товарищи, – продолжал тот. – Да вы всё и без меня это знаете!.. Именно вот этот самый гражданин, коммунист, прошу об этом помнить, предложил минувшей зимой сборку и сварку стыков фор- и ахтерштевней непосредственно на нашем заводе. Хотя техническим заданием это было не предусмотрено! – Гицко обвёл присутствующих глазами.