Неоконченный портрет

— Когда соберемся во Францию, заскочим к тебе на минутку. Нам еще надо кое-что решить, помнишь? — оглушил он ее своим шепотом. — Я счастлив за тебя, доченька. Моя малышка догнала меня в мгновение ока.

Эшли проводила глазами машину и медленно вернулась в гостиную. Кэтрин ждала ее, никогда еще в ее лице не было столько тепла.

— Эшли, они такие замечательные люди. В прошлом году портрет Ричарда Фрэнсиса Портленда кисти вашего отца поместили в музей, а вы даже не упомянули об этом. А Мириам просто чудо, такая приветливая и естественная.

— Да-да, — пробормотала Эшли. Хотелось поскорее скрыться, пока еще ей не задают нескромных вопросов, пока еще не придуман более или менее убедительный ответ.

— Моя дорогая, я, конечно, совсем не разбираюсь в вашем деле, но не кажется ли вам, что человеку с… э-э… положением Лоренса больше подошли бы костюм и галстук? Да, я понимаю, он-то просил вас изобразить себя в этой… мм… старой рубашке, но если принять во внимание его положение… В общем, я надеюсь, вы понимаете, о чем я говорю.

Если бы не этот жеманный вид, подумала Эшли, то Кэтрин была бы очень недурна собой. Слава богу, хоть Лоренса нет. Уж с придирками Кэтрин я как-нибудь справлюсь, а вот Лоренс…

Эшли что-то промямлила в ответ и скрылась в своей студии. Здесь она прижалась к двери и медленно, с чувством выдохнула. Не прошло и минуты, как открылась балконная дверь и появился Лоренс.

— Можно войти? — спросил он.

— Нет, нельзя, — ответила Эшли, даже не надеясь, что он послушается. Покорившись судьбе, она смотрела, как он закрыл дверь и прошелся по комнате со свойственной ему кошачьей грацией.

— Чудный вечер, не так ли? — тихо произнес он, рассматривая прелестный этюд — неделю назад Эшли набросала одну из лошадей.

— Раз ты так считаешь… — Она приготовилась к отпору, скрестив руки на груди. Но Лоренс не бросался к ней, и она с подозрением насупилась. И вдруг он одним вопросом вывел ее из равновесия.

— Не хочешь завтра отправиться с нами на Бутыль-гору? Сможешь? Или это слишком высоко для тебя? — Его заботливый тон заставил ее насторожиться, она восприняла его как явный вызов.

— Не попробуешь — не узнаешь.

— То есть ринуться очертя голову. — Он задумчиво кивнул. — В общем-то я ожидал от тебя такого подхода.

Эшли не доверяла его благодушию. Между ними столько опасных недосказанностей и обид — он притворяется.

— Похоже, ты победил свой страх замкнутых пространств, раз собираешься бродить по пещерам на этой горе, — язвительно предположила она.