Неоконченный портрет

Жаль, что у нее нет набросков Зилы или еще кого-нибудь, к примеру Кэтрин, тогда можно было бы сказать, что у нее такая привычка — зарисовывать всех, с кем она встречается.

— Эшли, пожалуйста, разреши нам посмотреть! — воскликнула Мириам.

Эшли молча отошла к балкону и отвернулась. Остальные обступили портреты, стоящие на столе. Одним из них Эшли по праву гордилась, а второй каждым штрихом выдавал все ее чувства.

9"

"Эшли вышла на балкон. Из комнаты доносились то громкие восклицания, то все стихало. Запрокинув голову, она подставила лицо прохладному ночному воздуху.

Как же найти убедительное объяснение тому, что она без разрешения написала портрет Лоренса, ничего ему не сказав? Ей до сей поры было невдомек, как сама она раскрылась в этом портрете. Ее замешательство росло, и вместе с ним росла злость на Лоренса, на бедняжку Кэтрин, абсолютно не заслужившую этого, и больше всего на Чарли. Уж он-то должен был ее спросить! Ярость и отчаяние бушевали в ее сердце. И тут отворилась дверь. Думая, что это Чарли, Эшли прошипела, вцепившись в перила, чтобы не заплакать:

— Папа, папа, ну как ты мог?!

Она обернулась, готовая выслушать его шумное восхищение и извинения, но увидела стройный силуэт Лоренса на фоне света из окна.

— Эшли, твои собираются. Пойдем попрощаемся с ними.

Она с глубоким вздохом отвернулась, стараясь успокоиться. Ну слава богу, он хоть сейчас открыто не смеется над ней. Конечно, потом он возьмет свое, и это будет пытка. Даже теперь чувствуется его несносное любопытство, а она стоит перед ним как обнаженная.

Не успела она ответить, как в дверь проскользнула Мириам.

— Эшли, портрет мальчика совершенно замечателен. Кэтрин говорит, что вы уже заканчиваете второй. Вы всех будете писать на одном фоне?

С благодарностью повернувшись к хрупкой женщине, Эшли ухватилась за эту спасительную тему и стала описывать задний план для портрета Патрика, потом рассказывать о планах насчет портрета Питера, объясняя выбор каждого фона. Лоренс молча стоял рядом с ней в ожидании, и это мешало ей сосредоточиться на своем любимом предмете.

Эшли обдумывала, как бы незаметно прошмыгнуть к себе, но тут из комнаты позвал Чарли. Лоренс взял ее за руку, и она покорно последовала за ним. Чарли что-то эмоционально говорил Кэтрин, а та слушала его, затаив дыхание. Эшли стало немного легче, ее раздражение утонуло в его громогласных велеречивых прощаниях. Ей так и не удалось переговорить с ним наедине, но сейчас это точно не получится.