Мельничиха из Тихого Омута

- Хозяйка! Нельзя ли побыстрее? Мы тут с полудня стоим! - неслось со всех сторон.

Но вдруг недовольные голоса сменили мелодию:

- Эй! Вы что творите?.. Я буду жаловаться!..

Мы все на минуточку отвлеклись от проблемы одновременных заказов и уставились на судью, который, привязав вороного, теперь методично обыскивал каждую повозку. В стороны летели тряпки, сено, открывались все сумки и дорожные сундуки.

- Вы совсем страх потеряли, господин Кроу?! - завопил кто-то. - Вы что ищите в моей коляске?

- Вас не спросил, - довольно невежливо ответил судья, продолжая своё дело.

«Ружьё, - поняла я. - Он ищет ружьё. Вполне возможно, что стрелял кто-то из этих милых и добрых людей, которых я угощала пирогами».

Но пусть судья делает своё дело, а мне надо позаботиться о мельнице. Тем более что на нас неожиданно свалилась такая удача - конкурент сломался. Этим надо воспользоваться по полной.

- Внимание! Внимание! - крикнула я, несколько раз хлопнув в ладоши, чтобы крестьяне отвлеклись от судебного произвола. - Все получат муку, прошу только немного терпения и спокойствия! Мамашенька, - обратилась я к Жонкелии, - принесите мне быстренько разделочную доску, уголёк и шило.

- Нахалка, - буркнула Жонкелия, но пошла исполнять, и уже через две минуты я получила и доску, и шило, и уголь - горячий, только что из печки.

Я сильно подозревала, что горячий уголь старуха притащила из вредности, но не стала ссориться из-за обожжённых пальцев, а положила уголь в траву, чтобы остыл.

- Так, мои дорогие, сейчас мы всё запишем, - деловито сказала я.

- Милвертон, - ответил тот растерянно. - А зачем?..

- Мил-вер-тон, - я процарапала на доске его имя, - так, у вас... один, два... пять... девять... Тринадцать мешков. Так и запишем. А теперь - пометим ваши мешки.

Обжигаясь и поплёвывая на пальцы, я написала на мешках «Милв», и перешла ко второму клиенту.

- Сейчас мы всё запишем, - объясняла я заволновавшимся крестьянам, - вы спокойно отправитесь домой, а завтра приедете и заберете муку.

- Это когда такое было!.. - завозмущались крестьяне и даже позабыли про судью, обыскивавшего их вещи. - Почему деньгами-то? А молоком не возьмёте?..

- Очень жаль, но сегодня - только деньгами, - заявила я безоговорочно.