История одной (не)любви

Она села на низенькую софу и взяла Ноэля на руки. Но мальчик выпутался из материнских объятий. Его больше интересовали игрушки, разложенные на ковре.

Дея тоже обратила на них внимание. Здесь были деревянные кубики, книжки с картинками, грифельная доска с разноцветными восковыми мелками и другие замечательные вещи, милые сердцу любого ребенка.

— Откуда это взялось? — удивилась она.

— Мама! Смотри, какая лошадка!

Ноэль схватил разрисованную деревянную лошадку с настоящей гривой и хвостом. У лошадки были удивительные глаза, почти как живые, и сверкающие копытца.

В полном восторге мальчик растянулся на ковре и начал катать карету, цокая языком.

— Наверное, Его Светлость распорядился, — предположила Катарина, видя недоумение на лице хозяйки.

— Йеванн? — брови Деи изумленно взмыли на лоб. — Зачем это ему? И когда он успел?

— Видимо, утром.

— Утром не мог, — ворожея покачала головой, — он уехал после полуночи.

На этих словах ее сердце неприятно заныло.

Она что, беспокоится о супруге? Не может этого быть!

Отодвинув подальше неприятные мысли, Дея взглянула на Катарину:

— Ты знаешь, кому принадлежит этот дом?

Вопрос обескуражил служанку.

— Милорду герцогу? — неуверенно предположила она.

— Я тоже думала. Но, похоже, это не так.

— Миледи, — на пороге возникла Ниона.

Дея напряглась, Катарина тихонько охнула.

— Вы хотели видеть библиотеку? — по тонким губам Нионы скользнула усмешка. — Я готова вас проводить.

И на этот раз Дея готова была поклясться, что ей это не привиделось.

Они с Катариной обменялись говорящими взглядами. Ворожея поднялась.

— Кати, присмотри за Ноэлем. Сидите здесь, никуда не ходите. И лучше заприте дверь.

— Слушаюсь, миледи, — та сделала книксен.

— Это лишнее, — вмешалась Ниона. — В этом доме вашему сыну ничего не грозит. Тут достаточно охраны, чтобы защитить вас от вторжения извне.

Дея окинула домоправительницу долгим внимательным взглядом.

— А кто же спасет нас от вторжения изнутри?

Она не ждала ответа. Но лицо Нионы само подсказало, что стрела попала в цель. Значит, ей придется быть вдвойне осторожной. Вся эта охрана и даже слуги здесь не только затем, чтобы беречь их покой.