Худшие подруги

И как ты дошла до жизни такой?

– И ты когда-нибудь дойдешь, – говорю я, уткнувшись носом в его грудь.

– У самурая нет цели, – важно отвечает Бойко, не разжимая объятий. – Есть только путь.

Тогда я, фыркнув, тычу Макара пальцем под ребра, и он в ответ громко смеется. Замечаю, как Дымарский спускается со сцены и бредет к выходу. Зрители провожают его разочарованными взглядами. Тася устремляется за Олегом. Точно. У нас осталось кое-какое неоконченное дело.

– Жди меня здесь, Макар, – говорю я. – Сейчас вернусь!

Выскакиваю из зала вслед за Тасей и Дымарским.

– Я тут, – шепчу я Козырь, встав за ее спиной.

Тася, обернувшись, кивает.

Олег вымученно смотрит на нас. Вид у него жалкий.

– Ты ведь понимаешь, это не все, что мы хотели показать на сцене? – спрашивает Козырь.

Дымарский молча утвердительно трясет головой.

– И если узнаем, что еще пострадала хоть одна девушка… – продолжаю я.

– Простите! Я не хотел. Меня заставили! – перебив, начинает оправдываться Олег.

Мы с Тасей переглядываемся и хором восклицаем:

– Коробкина!..

Тася

Вижу, как у Али подергивается глаз, и до боли стискиваю зубы. Значит, догадки подтвердились. Дымарский всего лишь пешка в игре, а главный злодей скрывается в тени. Ну конечно! Весь смысл выходки Олега был в том, чтобы рассорить нас с Алей, разрушить нашу дружбу. Ему это без надобности, зато «Коробкиной и Ко»…

– Девчонки… – мямлит Дымарский.

– А ты реально тупой?! – рычу я, поворачиваясь к Олегу. – Мозгами пораскинуть не пробовал?

– Что мне оставалось? – злится он, затравленно поглядывая из-под нахмуренных бровей на нас с Макаровой.

– Например… – Аля разочарованно всплескивает руками. – Рассказать все нам с самого начала, а не играть в раздвоение личности!

– И что бы вы сделали?! Да вы две тусовщицы, повернутые только на себе и своем положении. Вы ведь никого не цените, ни с кем не считаетесь.

– Уверен, что хорошая идея злить нас и дальше? – холодно перебиваю я, и Олег услужливо замолкает. – Ты нас совсем не знаешь, Олежа. Может, мы и тусовщицы, но точно не бездушные стервы. Обратись ты к нам сразу, мы бы придумали, как выйти из положения. Всем!

Дымарский опускает голову и печально вздыхает:

– Я просто хотел спокойно закончить одиннадцатый класс. А из-за вас меня втянули в дебильные разборки.