Я (не) ведьма

А могло ли что-то ему помочь? Откуда мне известно — не лжет ли ведьма? Вдруг Рэндел уже давно мертв?

— Вы выйдете ко мне, миледи Кирия? — позвала Манила вкрадчиво.

Я отрицательно покачала головой, но колдунья ничуть не расстроилась.

— Он жив, моя дорогая, — сказала она, улыбнувшись. — Даю вам в этом слово. Клянусь Синезубой Невестой! — тут она рассмеялась, хотя я не услышала ничего смешного. — Я буду ждать вас завтра в моем замке. Он называется Замок Теней. Там темно и таинственно, вам там понравится. Приходите, если не желаете смерти сэру Эдейлу.

Голос ее затих, образ белокурой красавцы истончился, поблек — и вот уже летучая мышь с писком метнулась в отверстие воздуховода, противно хлопнув крыльями.

— Застрять бы тебе там и сдохнуть. На радость добрым людям! — сказала я ей вслед, встала и захлопнула двери, заперев задвижку.

Глава 20.

Замок теней

Мне было о чем подумать до утра. Я сидела на полу, возле кровати, поглаживая по голове волка, и смотрела в камин, в который подбросила пару поленьев. Пламя весело потрескивало, прогоняя ночную тьму, а мне было совсем не весело. Волк чувствовал это и жался ко мне, как щенок, заглядывая в глаза.

Рэндел в руках злодейки, и я вряд ли смогу его спасти. Но если есть хоть малейшая надежда — не должна ли я попытаться?.. Моя жизнь в обмен на его жизнь… Сердце трусливо ёкнуло, но я усилием воли прогнала страх.

Варла, Манила, Нобар — да все вокруг меня! — были убеждены, что у меня есть какая-то колдовская сила. Отец хотел отдать меня инквизиции не просто так. Я ничего не знала о казненных дель Стрига, но не пора ли крови моих предков пробудиться во мне? Не пора ли проснуться каким-то магическим способностям?.

"Я вскочила и в волнении заходила по комнате, прислушиваясь к себе — хоть что-то хоть искорка волшебства?..

Волк настороженно следил, поворачивая морду вслед за мной. Смогла же я приручить волка? Значит, и правда что-то есть. Пойти к Маниле во главе отряда рыцарей… И взять с собой волка…

Я остановилась, и волк тоже замер.

— Мне надо пойти одной, — сказала я, размышляя вслух. — Она не успокоится, пока не прикончит меня.