Напарник

Она слабо улыбнулась, затем кивнула.

Роман чуть ободрился. Может, она все-таки сумеет ему помочь?

– Как они с тобой связывались?

Он дважды повторил вопрос, жестикулируя на все лады.

Жанна закивала и направилась в свою комнату.

Роман почувствовал, что идет по верному следу. Если она даст координаты того, кто заселял Крохина в квартиру, он сможет продолжить поиски.

Жанна вернулась через минуту и протянула ему газету.

– Что? – спросил Роман.

Жанна торжествующе ткнула в одно из объявлений.

«Сдаются комнаты… – прочитал Роман.

«И не надо было ломать замки», – подумал Роман, машинально возвращая газету Жанне.

Это был тупик. Расспрашивать Жанну дальше не имело смысла. Она просто сдавала внаем комнаты, не интересуясь теми, кто в них живет.

– До свидания, Жанна, – сказал Роман.

Старуха кивнула и вдруг тронула Романа за плечо. Ее лицо озарилось улыбкой.

Она показала на сковородку и на стол, предлагая Роману позавтракать.

– Нет, спасибо, – покачал он головой.

«Café?» – спросили губы Жанны.

Роман снова покачал головой и побрел к выходу.

Зайдя в свою комнату, он забрал оставленный здесь паспорт. Деньги, которые давал ему Крохин, он положил на видное место – для Жанны.

Прикрыв за собой изуродованную дверь, он спустился вниз, дошел до своей машины и сел на нагретое солнцем сиденье."

"В общем-то, он в глубине души и не рассчитывал, что так легко доберется до Крохина. Налет на квартиру Жанны был просто выходом для душившей его ярости.

Но ярость Романа была еще далеко не погашена. И желание найти Виктора только усилилось. Пока Роман чуял в воздухе его след, он готов был идти за ним до тех пор, пока у него будет хватать на это сил.

Поэтому он завел двигатель и поехал дальше.

Была еще одни ниточка, которая могла привести его к Виктору.

Кафе «Жемчужина».

Роман рассуждал так.

Если Виктор сумел выйти на Франсуа, то почему бы не использовать обратный порядок, попытавшись выйти через Франсуа на Виктора?

Церемониться Роман не собирался и, имея пистолет в руках, мог заставить говорить кого угодно.

«А если что, покромсаю Франсуа пальчики, – подумал Роман. – Он мне остался должен за чулан, так что будем разговаривать по-взрослому».