На санях

Ее девиз: «Ne Quid Nimis», «Ничего излишнего». Педагогическая теория пансиона построена на постулате, что все человеческие беды и нравственная развращенность проистекают от неумения обходиться достаточным. Надобно быть как можно ближе к природе. Природа отлично позволяет лишенным меха и шерсти млекопитающим, к числу коих относятся люди, существовать при температуре выше нуля градусов по Цельсию. Привычка согреваться огнем и кутаться в лишние одежды — следствие испорченности. Худший вред приносит только избыток пищи, отравляющий организм неперерабатываемыми тосксинами.

Поэтому в пансионе на улице Сен-Жак царят холод и голод. На завтрак дают сухарь и яблоко. В перерыве между уроками — кусок хлеба. В обед — горячее: вегетарианский суп. В семь часов — ужин: картофель, вареная морковь, вместо чая травяной отвар. Другие девочки отъедаются по воскресеньям и потом приносят из дому корзины со съестным, подкармливаются. Но принцесс Вюртембергских по воскресеньям домой не забирают. Ничего, говорила себе Лотти, когда сосало под ложечкой, я голодаю всю жизнь, давно пора бы привыкнуть.

Близость к природе означала, что и умываться по утрам — привычка вредная. Омовение — священный ритуал, коему следует отдаваться с полностью пробудившимся рассудком. Ученицы шли в класс заспанные и нечесанные. Воду приносили после первого урока, прямо в аудиторию.

Хоть от этого унижения принцессы были избавлены. Им полагались две привилегии, на которых настоял батюшка, оговаривая условия: отдельная спальня и собственная горничная.

Лотти полежала еще немного, собираясь с духом, прежде чем вылезти из-под одеяла на холод. Горничной в комнате не было. Зажгла на столе свечу и, должно быть, пошла за водой. На табуретке уже стоял таз. Но пока не вернулась Клара, можно не вставать. Паули даже накрыла голову подушкой, чтоб не слышать колокола, который всё звонил и звонил.

Вот и Клара.

— Всё, куклы немецкие, — сказала она, подбоченясь. — Выносите свою поганую посудину сами. И умывайтесь тоже сами. С меня хватит! Мало того что мне жалованья не платят, так теперь еще и кормежки ихней паршивой давать не будут! Или плати им три су в день! Ничего себе служба!

Никогда раньше Клара такою не была. Лотти не знала, что прислуга вообще умеет подобным образом разговаривать. Думала, грубить может только papá, потому что он кронпринц.