Музыкальная шкатулка Анны Монс

Шкатулка была – и пропала, что вызвало приступ ярости у Перевертня. Он отправился к Виолетте… почему к ней? Или у братца ее он тоже побывать успел? Игнат все проверит. Но в любом случае этот разговор не дал результата.

И Перевертень вернулся к любовнице.

Убил?

Или же убил не он, а кто-то другой? Тот, кто взял ту проклятую шкатулку. Возможно, Ольга, дав себе труд подумать, могла бы вычислить преступника.

Одно непонятно: каким боком к этой истории Ксюша приклеена?"

"Игнат доставил Ксюшу в контору – даже переодеться ей не позволил, мол, некогда на мелочи размениваться, – и уехал, строго-настрого запретив ей выходить из кабинета.

Вообще, он вел себя так, словно имел полное право распоряжаться Ксюшиной жизнью, а самое странное, что у нее и мысли не возникало это его право оспорить. Напротив, Ксюша чувствовала себя обязанной ему, и это ощущение несколько ее тяготило.

– Ну? – Эллочка выждала целых пять минут, прежде чем заглянуть в кабинет. – Уехал?

– Уехал, – подтвердила Ксюша.

И Эллочка, проскользнув за дверь, плотно ее прикрыла. Села на кресло и велела:

– Рассказывай!

– Что рассказывать?

– Все.

Взгляд у нее был жадный, ищущий, и Ксюше он весьма не понравился.

– У меня квартира сгорела, – Ксюша ляпнула первое, что пришло ей в голову, лишь бы отделаться от этого взгляда. Она ожидала, что Эллочка возмутится или ужаснется, или хотя бы удивление выкажет – все-таки не каждый день у ее хороших знакомых пожары случаются!

Но Эллочка просто отмахнулась и велела ей:

– Ты про нашего идиота рассказывай.

– Почему – идиота?

За Игната ей вдруг стало обидно.

– Потому что только идиот с такой дурой, как та грымза, свяжется, – Эллочка скривилась. – У нее ж на лбу написано, что стервядь она.

– Кто?

– Помесь стервы и шалавы… Приперлась тут вчера и давай права качать, твой адресок требовать… Что там между вами? Вы уже переспали?

Ксюша почувствовала, как ей щеки краска заливает.

– Не финти. – Эллочкин коготок припечатал папку, которую Ксюша собиралась открыть и сослаться на некую мифическую неотложную работу.

Ужас! Трижды ужас! Четырежды. Кошмар кошмарнейший, потому что Эллочка своими догадками, конечно, не только с Ксюшей поделилась, но и со всей конторой. И, значит, теперь каждый второй, если не каждый первый, думает, будто Ксюша с начальством переспала…

А если они узнают, где она живет сейчас?

И подумать-то о таком страшно.