Мутанты

Тарас Опанасович соображал с отчаянием и, конечно, угадывал, что в словах бывшего предрика проглядывает некая комбинация, – не мог тот жить без всяческих изощренных уловок, на которые слыл мастером. Однако выявить их с ходу голова был не способен, ибо совпартшкольное образование обрекало на тугодумность, – так считал Волков.

– А що? Дывлюсь, Мыкола, моя Ксанка и насправди тоби люба – колы тоби и кар'ера не потрибна? – наконец проговорил он, и переход на мову означал, что Дременко хитрит, вздумал еще поторговаться.

– Та як Ксаночку побачу, так хвыля в душе бьет! – признался тот.

Хмурый Тарас Опанасович впервые усмехнулся, и, как показалось, снисходительно:

– Внукив наплодыты – не велыка пиклування… Добре, подуматы треба, Мыкола.

– Некогда думать, – отрубил Волков. – По моим сведениям, Сильвестр Маркович пожаловал. С батькой Гуменником и американцем.

– Откуда ты узнал? – не сдержался голова. – Они ж тайно приехали!

– А ты откуда знаешь, что мы с Оксаной тут обнимались? По телевизору показывали?

Это был открытый намек на то, что Волкову известно о секретном договоре Дременко с Чернобаем, по которому установленные видеокамеры транслировали всю обстановку на таможне голове администрации района в сопредельном государстве.

– Ты больше года исполнять обязанности головы не имеешь права, – напомнил ему Мыкола. – Значит, определят дату выборов.

"– Не за тем пан Кушнер пожаловал, – озабоченно проронил Дременко и огляделся. – Ладно, Николай Семенович, согласен, если Оксанка пойдет. Нехай!

– Другой разговор!

– Ты мне вот что скажи… Правда, мутант возле таможни ночью отирался?

– Было дело…

– Москальские камеры записали что?

– Не знаю. Сам спроси у Вовченко.

– А ты что?

– У нас с ним жесткая конкуренция. Даже не здороваемся. Москаль, он и есть москаль, великодержавный шовинист и империалист.

– Будет тебе. По-моему, так у него не все дома…

– Прикидывается…

– Разведай у него про мутанта, на уступку пойди ради дела, сам прикинься.

– Да сдался тебе мутант, Тарас Опанасович! Судьба твоей дочери решается. И твоя, между прочим…

– Мне сейчас бы сыскать эту тварь… Или хотя бы место определить, где она прячется.

– На что тебе?

– Понимаешь ты, какое дело… – Тарас Опанасович замялся. – Только информация секретная.