Молчание пирамид

"Сергей Алексеев

Молчание пирамид

1

Жемчужина была невероятно крупной, с перепелиное яйцо, редкостного сиреневого цвета и совершенно круглой, скатной формы, хотя не обрабатывалась и выглядела свежей, словно только что добыта из раковины.

Более всего приковывал внимание и поражал воображение поверхностный слой перламутра, который светился сам по себе, словно внутри горел газовый рожок.

Оправу такой жемчужине подобрать было трудно; легче продать знающему толк коллекционеру…

— Сколько просите? — мимоходом поинтересовался Власов, не отрывая глаз от лупы.

— Нисколько, — ответил клиент. — Перл не продается.

— А вы знаете, что это за перл?

— Разумеется.

— Что же тогда хотите? Чтоб я произвел оценку?

— И цену я знаю… Мне нужно распилить камешек, но так, чтобы не повредить зерно.

— Какое зерно?

— Родовую песчинку. Или то, что окажется внутри. Ну, вы же представляете, как образуется жемчуг?

— Кое-что слышал…

Бизнес хоть и клеился, но ни шатко ни валко, по-настоящему развернуться было нельзя, и Власов сидел, словно одинокий волк в окладе: кругом флажки, запреты, контроль и стрелки по линии.

Подняв голову, он обнаружил перед собой тощего старика с узким, костлявым и плохо выбритым лицом.

— Можете вразумительно объяснить, зачем это вам? — спросил он, отложив жемчужину.

— Нужно, — коротко и тупо обронил старик.

— Обратитесь к ювелирам. — Власов пододвинул бумажку с перлом клиенту. — У нас здесь камнерезная мастерская. А ювелирных в городе полно.

— Я не хотел бы к ним обращаться…

— Почему?

— Слишком жадные, завистливые и пилить откажутся. А еще опасаюсь простого обмана или мошенничества.

— А меня не опасаетесь?

— Вы — не член ассоциации ювелиров. Это во-первых. Во-вторых, вы охотник, значит, смелый человек. А смелые не бывают жадными.

— Спасибо за доверие… Но мы пилим поделочный камень и редко полудрагоценный.

— Однажды вы точили кабошоны из хризопраза. Триста штук… Со всей ювелирной технологией.

О пристрастии к охоте он, конечно, мог и знать: в поисках волчьих следов Власов изъездил на снегоходе весь район вдоль и поперек, часто ночевал в глухих деревеньках у незнакомых людей и в общем-то не скрывал своего увлечения.