Мустанг

Понаблюдав с час, я сел на коня и позволил ему самому выбирать дорогу вниз. Я ехал по горной долине, старясь поднимать как можно меньше пыли, что после вчерашнего дождичка оказалось нетрудно.

Добравшись до лавовых полей, я вынул из чехла винчестер и удвоил осторожность.

Там никого не было, следов тоже.

Либо Мимс с Пенелопой не доехали до этих мест, либо следы уничтожил дождь. Некоторое время я кружил, разглядывая землю, и только раз обнаружил нечто похожее на след от копыта: небольшое углубление у корней куста.

Наконец выехал к холму. Я велел им спрятаться где-нибудь на южном склоне, поэтому привязал мустанга к кусту меските и отправился в обход.

Я знал, что моих изношенных сапог при ходьбе по острым обломкам лавы хватило бы на час-полтора, поэтому забрался на самый высокий камень и с гребня осмотрелся.

Сначала увидел пустую гильзу, ярко блестевшую на солнце. А чуть дальше заметил сапог со шпорой, выглядывающий из густого кустарника.

Я добежал туда за пару минут. И нашел Гарри Мимса. Он был мертв.

Его застрелили в спину с близкого расстояния, но Мимс был крепкий старик, он пытался уползти от убийцы в глубину лавовых полей — об этом рассказали его разодранные в кровь руки.

Вероятно, после ранения, он выронил револьвер. Поблизости оружия не было видно. Убийца настиг Мимса и, стоя над ним, разрядил весь барабан старику в грудь.

Ни других трупов, ни лошадей, ни золота, ни Пенелопы я не обнаружил.

Пенелопа? Я ощутил тревожный холодок. А что, если Мимса убила она? Выстрелила ему в спину, потом пошла за ним и добила.

Я поехал на запад, постоянно петляя в надежде наткнуться на следы. Примерно через милю нашел место, где несколько лошадей, две из них тяжело нагруженные, пересекли русло пересохшего ручья. Их копыта скользили по грязи, оставленной вчерашним дождем. Пройдя еще милю, оглянулся, желая убедиться, что за мной никто не следит, и справа заметил еще одну цепочку отпечатков копыт. Это был одинокий всадник, старавшийся держаться в стороне от кавалькады, часто останавливавшийся за кустами меските.

Незадолго до полудня мне попались еще одни следы.

Глава 14

Новые следы оставили четыре всадника, ехавшие с юга, и пара отпечатков мне была знакома. Они принадлежали коням парней Бишопа.